– Мой учитель правда у вас?

– С какой стати я с тобой тогда разговариваю?

– А что он делает в таком месте?

– Посмотри сам. Загляни вон в тот маленький домик. А теперь прощай, у меня дел полно.

Девочка исчезла в кустах, окаймлявших садовую дорожку.

Дзётаро сомневался, что увидит учителя в неказистом домике. Подтащив большой камень к стене, он встал на него и прижался носом к бамбуковой решетке, прикрывавшей сёдзи.

– Он здесь! – прошептал Дзётаро, еле сдерживаясь, чтобы не завопить от радости. Ему хотелось потрогать учителя, которого он давно не видел.

Мусаси спал около очага, подложив под голову руку. Дзётаро никогда не видел такой одежды на своем учителе. На Мусаси было модное кимоно с крупным рисунком, в каких щеголяли столичные франты. На шерстяном коврике лежали кисть, листы бумаги, стояла тушечница. На одном листе Мусаси пытался изобразить баклажан, на другом – голову петуха.

Дзётаро не верил своим глазам «Как можно тратить время на такую чепуху? – с негодованием думал он. – Разве он не знает, что Оцу болеет?»

Мусаси спал, накрывшись узорчатым хаори, которое было явно женским. Дорогое кимоно Мусаси показалось Дзётаро отвратительным. Мальчишку воротило от ослепительной роскоши, скрывавшей что-то постыдное. Дзётаро охватило негодование на взрослых, которое он уже испытал однажды на Новый год. «С Мусаси происходит что-то ненормальное, его словно подменили», – думал он.

Досада переросла в желание сыграть злую шутку. «Сейчас я его напугаю», – решил мальчишка, осторожно сползая с камня.

– Дзётаро, ты откуда взялся? – спросил Мусаси.

Дзётаро застыл от неожиданности. Мусаси с улыбкой смотрел на него из-под полуприкрытых век. Опомнившись, мальчик вбежал в дом и уткнулся лицом в широкую грудь учителя.

– Учитель! – радостно захлебывался Дзётаро.

– Ну вот, мы и встретились.

Мусаси, высвободив из-под головы руку, прижал к себе лохматую голову ученика.

– Кто тебе сказал, что я здесь? Такуан?

Мусаси сел. Мальчишка ласкался, как щенок, не находя слов от радости. На мгновение он затих.

– Оцу лежит совсем больная. Ты и представить не можешь, как она хочет видеть тебя. Твердит, что поправится после первого взгляда на тебя. Единственное ее желание – увидеть тебя.

– Бедняжка Оцу!

– Она видела тебя на мосту на Новый год. Ты разговаривал тогда с той сумасшедшей девчонкой. Оцу очень обиделась. Я тащил ее к мосту, но она уперлась и не пошла.

– Не надо бранить Оцу. Акэми тогда доставила мне хлопот.

– Ты должен навестить Оцу. Она в доме Карасумару. Просто приди и скажи: «А вот и я, Оцу!» Она вмиг поправится.

Дзётаро пустил в ход все свое красноречие. Мусаси раза два хмыкнул в ответ на его мольбу, но ничего определенного не сказал. Дзётаро, несмотря на привязанность к Мусаси, захотелось хорошенько поколотить учителя. Отчаяние мальчишки дошло до предела. Он вдруг умолк, и на лице его застыла гримаса, словно он хлебнул уксуса.

Мусаси потянулся за кистью и нанес несколько мазков на неоконченный рисунок. Дзётаро, презрительно посмотрев на баклажан, подумал: «С чего он взял, что умеет рисовать?»

Мусаси недолго упражнялся в живописи. Когда он начал мыть кисть, Дзётаро попытался еще раз уговорить учителя. В это время раздался стук деревянных сандалий по плиткам садовой дорожки.

– Ваша одежда готова! – прозвучал девичий голос.

В комнату вошла та самая девочка, которая встретила Дзётаро. Она положила перед Мусаси аккуратно сложенные кимоно и хаори.

– Спасибо, – поблагодарил Мусаси. – Совсем как новые.

– Кровь плохо отстирывается. Долго пришлось оттирать.

– Никаких следов… А где Ёсино?

– Занята с гостями. Они не отпускают ее ни на минуту.

– У вас очень приятно, но я не желаю вам больше надоедать. С восходом солнца я исчезну. Передай это Ёсино и поблагодари ее от меня.

Дзётаро успокоился. Конечно, Мусаси решил навестить Оцу. Таков и должен быть учитель – справедливый, бесстрашный и великодушный.

Когда девочка ушла, Мусаси, указав на принесенную одежду, сказал:

– Ты явился вовремя. Эту одежду надо вернуть хозяевам. Отнеси ее в дом Хонъами Коэцу – это в северной части города, и принеси мне мое кимоно. Не откажи в моей просьбе.

– Я все сделаю! – радостно отозвался Дзётаро.

Мальчик завязал одежду в платок-фуросики, взял письмо, которое Мусаси написал Коэцу, и направился к дверям, закинув котомку за спину.

В это время принесли ужин. Служанка, увидев Дзётаро, всплеснула руками: