— Я так не думаю, — шеф полиции прочистил горло и продолжил: — Когда они обнаружат, что вам удалось спастись вместе с оружием, они предположат, что мы успешно сделали дубликаты. Возможно, мы могли бы запустить такую информацию через одного из двойных агентов. Тогда, опасаясь ответной реакции, Трипланетный альянс не сможет напасть на нас.

— Боюсь, сэр, это не сработает, — Хорн нахмурился, словно увидел новую коллекцию обуви конкурирующей фирмы. — Подобное абсолютное оружие воздействует на психику самим своим существованием. Мне кажется, глупо сейчас открывать тот факт, что мы успешно похитили образец. Я видел достаточно доказательств настоящей истерии во вражеском правительстве и убедился, что надо быть готовым умереть в тот же момент, как им станет известно о пропаже. Сложившаяся деликатная ситуация заставляет меня сомневаться в целесообразности моей миссии, сэр.

Хорн замолчал и отступил на шаг назад, сделав странную гримасу, словно готовился выписать чек на покупку. Глава полиции недовольно посмотрел на него и опустился в кресло. Негодующе пожав плечами, он будто хотел сказать, что эти штатские, с их невероятными новшествами и без всякого уважения к дисциплине, лишают его возможности вести войну по всем правилам.

Снова вытирая влажные руки, Форестер покачал головой в молчаливом согласии с мрачнеющим министром обороны. Проект «Молния» находился в полной готовности. Боеголовки разработанных доктором новейших смертоносных ракет мало чем отличались от оружия, привезенного Мэйсоном Хорном, но имели радиус детонации в сорок ярдов. Раз приказ о запуске был отдан, ничто уже не могло спасти вражеские планеты. Но сейчас уже слишком поздно запускать ракеты, зная, что их взрыв вызовет многочисленные взрывы на собственной планете.

Престарелый президент повернулся к своему помощнику и что-то спросил у него. Быстро кивая, невысокий майор Стил помог президенту встать. Форестер старался скрыть свое недовольство, вспоминая легенды о феноменальной памяти Стила и его неограниченных полномочиях.

Держась за край стола дрожащими пожелтевшими пальцами, президент неуверенно прочистил горло и заговорил:

— Мы попали в пренеприятнейшую ситуацию, джентльмены! Сначала перед нами стоял сложный выбор между войной без надежды или миром без свободы. Тем не менее, — президент отпил глоток воды из потянутого помощником стакана, — майор Стил предлагает нам третий выход.

Эта многообещающая фраза заставила Форестера затаить дыхание. Он вдруг вспомнил бледного худого человека, сидящего у дымного огня и смотрящего в каменную стену. В ушах у доктора зашумело, и на несколько мгновений он словно выпал из реальности. Голос президента вернул его к действительности:

— …было настоящим шоком для меня, как вы скоро сможете убедиться сами. Но альтернатива, которую он предлагает, положила конец моим ночным кошмарам. Я надеюсь, вы тоже примете его совет без возражений, — президент кивнул в сторону маленького аккуратного офицера, который безмолвно стоял рядом с ним, не поднимая глаз от зеленого бархата стола.

Президент раскашлялся, устало опираясь на стол, и быстрый маленький помощник тут же поднес ему стакан воды.

— Джентльмены, я верю в майора Стила, — он повернулся к майору и благодарно улыбнулся ему. — Он был моей правой рукой на протяжении последних десяти лет, и я уверен — ему можно доверять и теперь. Он показал мне, как можно спастись одновременно от войны и рабства. Однако я предварю его речь небольшим пояснением — майор не является человеческим существом.

Форестер знал, что не стоит удивляться сказанному. Марк Уайт, как мог, подготовил его к этому моменту, да доктор и сам всегда с недоверием относился к сверхчеловеческой энергии и всесторонней компетенции президентского помощника. Тем не менее, глядя на человекоподобное существо на другом конце стола, Форестер не смог унять дрожь. Капли холодного пота стекали по его спине, а дыхание стало прерывистым.

Человеческому голосу было далеко до голоса Стила — удивительного, одновременно медового и серебряного:

— К вашим услугам, джентльмены. Подождите еще минутку — я хотел бы, чтобы вы увидели нас такими, какие мы есть, ибо необходимость в маскировке уже отпала.

Существо выскользнуло из военной униформы. Оно вынуло из глаз контактные линзы, надорвало то, что казалось кожей, и принялось обдирать это с тела и конечностей длинными спиральными лентами.

Форестер почувствовал себя беспомощным ребенком. Он видел, как лица присутствующих сереют и вытягиваются, слышал возгласы удивления и ужаса. Только когда перевернутое кем-то кресло рухнуло на пол с жутким грохотом, доктор выпал из оцепенения.

Однако в существе, сбросившем человеческую маску, не было ничего по-настоящему страшного. Напротив, оно даже казалось привлекательным. Обладая схожей с человеком формой тела, оно было более хрупким и грациозным, без всякой неуклюжести и угловатости, присущей машинам. На полголовы ниже Форестера, существо было совершенно обнажено и казалось бесполым. Темная гладкая кожа переливалась то бронзовым, то голубым. На груди сверкало желтое клеймо:

ГУМАНОИД

Серийный номер M8-B3-ZZ

«Служить и подчиняться,

охранять людей от опасности»

Сняв последний лоскут фальшивой кожи, оно несколько секунд молча стояло возле престарелого президента. Глаза существа казались невидящими отверстиями, ловящими свет, словно отполированная сталь, а узкое лицо с высокими скулами хранило выражение благожелательности. Явно довольное переменой своего облика и реакцией на это, существо вновь возвысило свой нечеловеческий голос:

— Объявленная вами боевая готовность не нужна, джентльмены, — мы не собираемся причинять вред никому из вас. Майор Стил был просто фикцией, созданной ради вашей же пользы. Он позволял нам наблюдать за вашим текущим технологическим кризисом и вовремя приготовиться для предотвращения возможной опасности, — речь существа звучала, как мелодия.