— Бульшан? — вопросительно подняла брови Элен.

— Последний резидент «секции джи» на Фьоренце. Он получил вызов и был убит.

— Похоже, вы попали в точку, док, — помрачнел Джерри Родс — Таможенный инспектор — самая подходящая кандидатура, чтобы убрать нежелательного визитера. В конце концов, он первым встречает всех, кто посещает Фьоренцу. Что ему стоит спровоцировать новичка на нарушение какого-нибудь местного табу при свидетелях, преспокойно вызвать на дуэль и пристрелить где-нибудь в укромном уголке?

— Так вы тоже считаете, что коллега Хуарес стал жертвой провокации? — удрученно спросил Хорстен.

— Вообще-то это была ваша идея, док, но мне она представляется убедительной.

— Пойдем в гостиную, — предложила Элен. — не то Зорро один совсем заскучает. Между прочим, очень удачно, что папуля напомнил о Бульшане. Кажется, я знаю, с чего нам следует начать!

Они вошли в салон как раз в тот момент, когда Хуарес наливал в свой бокал солидную дозу горячительного. Если он и скучал, то догадаться об этом по его виду было сложно.

— Ну что, договорились? — спросил он.

— Встречаемся в баре в десять вечера, — доложил Джерри. — Кстати, что ты имела в виду, когда сказала, что знаешь, с чего начать? — обернулся он к Элен.

Та заняла прежнее место в облюбованном кресле, скрестила ножки и перешла к делу:

— Поскольку Бульшан мертв, наша единственная зацепка теперь — его бывший офис и оставшиеся после него документы. Кто-нибудь из персонала посольства ООП наверняка за ними присматривает. Туда-то мы и отправимся.

— Хорошая идея, — одобрил Хорстен. — И мы всегда можем сказать, что перед отлетом на Фьоренцу нам было рекомендовано, учитывая нестабильную обстановку на планете, зарегистрироваться в посольстве.

— Что за нестабильная обстановка? — спросила Элен.

— Нестабильная обстановка, вызванная происками и подрывными действиями подпольного движения, — пояснил доктор.

— Резонно, — согласился Зорро. — Если за нами вдруг «хвост» увяжется или еще что-нибудь, у нас имеется вполне уважительная причина для посещения посольства. Пойду-ка я звякну портье и узнаю адрес. — Он поставил бокал на бар и вышел в прихожую, где висел телефонный аппарат.

Элен залихватски опрокинула остатки содержимого своего фужера. Доктор Хорстен поморщился.

— Как жаль, что ты не можешь позволить себе носить нормальную одежду, когда здесь нет посторонних, — вздохнул он. — Конечно, ты выглядела бы как лилипутка, но по крайней мере…

— Помолчал бы лучше, бегемот хренов, — огрызнулась Элен. — Хорошо бы мы выглядели, найди таможенники в нашем багаже ворох вечерних платьев моего размера! Не боишься прослыть педофилом, папуля?

— Тогда постарайся хотя бы делать вид, что пьешь лимонад или минеральную воду. Меня дрожь пробирает, когда ты хлещешь спиртное, как член общества анонимных алкоголиков, задавшийся целью с треском из него вылететь.

«Дочурка» скорчила презрительную гримасу и высунула язык.

Зорро вернулся из прихожей чернее тучи.

— Эй, ты чего такой мрачный? — удивился Джерри и сладко зевнул. — Послушайте, друзья, а давайте все отложим и устроим вылазку в город. Отвлечемся, ноги разомнем…

— Ничего другого нам и не остается, — буркнул Хуарес— Накрылся наш визит в посольство!

— Что ты имеешь в виду? — встрепенулась Элен.

— Сегодня всему персоналу полномочного представительства ООП на Фьоренце было предложено освободить помещение, собрать вещички и в кратчайший срок покинуть планету. Посольство закрыто и опечатано.

— Но почему?! — хором воскликнули Хорстен и Джерри.

— Потому что под прикрытием дипломатического учреждения таилось, цитирую: «отвратительное змеиное гнездо шпионажа и подрывной деятельности».

Трое агентов молча переглянулись.

— Это еще не все, — продолжал Зорро. — Не знаю, на кого нарвался, но тому типу, с которым я разговаривал по справочному, определенно не понравился мой интерес к посольству. По-моему, он меня в чем-то заподозрил.

— Давно это случилось? — спросил Дорн Хорстен.

— Еще утром, если не ошибаюсь. Насколько я понял, полиция подловила одного из посольских служащих на чем-то неблаговидном. Дело раздули, окрестили «вмешательством во внутренние дела суверенного мира» и под этим предлогом приказали всем убираться восвояси в двадцать четыре часа.

— А я ведь предупреждала вас, коллеги, — напомнила Элен, — что подпольное движение пронизало всю систему государственной власти. Неужели вы не видите, что закрытие посольства ООП — это следствие провокации диссидентов? И это означает, что до решающего выступления оппозиции ждать уже недолго. Скоро все здесь разлетится к чертям, и планета превратится в сумасшедший дом.