Шрифт:
— Любовь приятна.
И они разошлись по раздевалкам, пожав друг другу руки, как здоровающиеся боксеры, чтобы встретиться снова через время и продолжить свои занятия и все остальное в поисках тайн, удовольствий и трагедий.§
— Возможно, там правительство, или же другие власти и силы; хочется бежать в этот Центр и понять его правду и реальность и его право руководить действительностью. Но я люблю этот город, его облик, его пейзаж, его океан. Что станет моим возвращением?
— Ты хочешь в Центр? — спросила Антонина, подпрыгнув два раза, — Что означает эта точка у тебя на руке? Это след от укола?
— Глюцилин, — ответил Миша, трагично улыбаясь, — Это было прекрасно, как сметана.
— Я знаю, как проникнуть в Центр, минуя стражу и гибель.
— Почему ты знаешь?
— Я не скажу тебе. Это мое знание. Сядь.
Они сели на лиловую скамейку рядом с человеком; напоминающим Степана Чая, и ветер дул на них, как ребенок на горячий борщ.— Я слушаю тебя, — сказал Миша Оно, сложив ладони.
— Ты слушаешь меня, — монотонно повторила Антонина.
А между тем, попасть в Центр очень просто, хотя одновременно и очень трудно — почти невозможно. Он идеально охраняется, но если твое желание будет искренним, свободным от принуждения и от тяжести всей остальной реальности — ты попадешь туда. Есть апокрифическое произведение, где описывается техника попадания в Центр; говорят, что оно было написано сразу же после «Трактата о мандустре», и официально его авторство считается неизвестным. Из многих вариантов этого сочинения можно составить некий один путь, подходящий лично для тебя; но непременно нужно помнить главную заповедь, которая существует в многочисленных редакциях и гласит примерно следующее: «Все приемы и способы, описанные здесь, могут не привести вас в центр, точно так же как и все другие приемы и способы, изобретенные лично вами, могут привести вас туда. Однако необходимо помнить о том, что вообще вся совокупность приемов и способов, которые только возможны, и их любые сочетания могут не привести вас в Центр, тогда как отсутствие любых приемов и способов и вообще всего может привести вас туда».— Тогда зачем нужно это произведение? — спросил Миша.
— Оно нужно точно так же, как и все остальное. Разве то, что я тебе сейчас сказала, не есть способ проникнуть в Центр?
— Да, но он может не привести меня в Центр! — воскликнул Оно. — И наоборот, если я не буду его читать, я смогу попасть в Центр.
— Или не сможешь, — сказала Антонина.
— Или не смогу.
— Вот видишь, — радостно проговорила Антонина. — Теперь ты знаешь, как попасть в Центр.
— Но ты не сказала мне ни одного приема!
— Они тебе действительно нужны?
— Я хочу услышать! — громко сказал Миша, хлопнув в ладоши.
— Хорошо. Я попробую вспомнить.
1. Рано утром вы должны облить левую половину своего тела специально приготовленным настоем аниса, лимонных корок и крови воробья. Правую половину рекомендуется закрыть целлофаном, чтобы ни одна капля настоя не попала на нее.2. Поливать нужно из специальной чаши («кустепка»), имеющей диаметр 63 «зраза» (ок. 7 см), сужающейся к горлышку и раскрашенной в бежевый цвет с красными крапинками.3. В момент поливания необходимо глубоко дышать, а на выдохе произносить слог «Щип». Вот так: "щщииии-ииип, шшииии-иичп…4. Целлофан приклеивается по точному геометрическому центру симметрии тела резиновым клеем; после окончания поливания левая сторона тела вытирается оранжевой тряпочкой с дыркой посередине («сиамка»), целлофан сдирается и отбрасывается в сторону. Правой рукой необходимо стукнуть себя по животу и громко, отчетливо сказать: «С добрым утром, девочка Костя!»5. Волосы расчесываются на прямой пробор, правая половина отстригается легким, небрежным движением ножниц. Потом берется бритва, и сзади ею отрезаются еще четыре волоса. Они должны быть сожжены на пламени зеленой свечи.6. На шею надевается ошейник из собачьей кожи. На нем должно быть начертано следующее:Надпись должна быть ярко-голубого цвета и идти строго по центру.7. Ни в коем случае не надевать трусы!!!8. Левая коленка посыпается порошком марганцовки, потом поливается уксусом. После этого она завязывается красной лентой любой толщины.9. Надеваются белые брюки-клеш (без трусов!!!), к концу каждой штанины пришивается очень красивая черная бахрома.10. Надевается просторный блузон с двумя прорезями на месте сосков («карган»). Сзади должно быть что-то нарисовано (все равно что).11. Шьется предварительно мешок розового цвета, завязывающийся на четыре веревочки. Длина — 720 «зраз» (ок. 50 см), ширина — 270 «зраз» (ок. 30 см). Пришивается отдельно коричневая плотная полоска ткани, чтобы носить мешок через плечо.12. Изготовляется «пупук»: килограмм картофеля вымочить 1 ночь в уксусе, варить без соли до готовности, сделать пюре. Пюре смешать с таким же количеством обезжиренного творога и 1/2 стакана кукурузного масла. Добавить соль, толченый фундук, марганцовку, цианистый калий. Еще раз размешать до полной однородности. Сделать небольшие кубики из полученной смеси, уложить в духовку. Запекать до готовности. Готовый «пупук» сбрызнуть яблочным уксусом.13. "Пупук, укладывается в мешок, сверху кладется 11 сырых говяжьих антрекотов.14. Укомплектованный мешок надевается через плечо поверх «каргана». В правую руку берется окрашенное в коричневый цвет сырое куриное яйцо, левая рука засовывается в карман штанов. Индивид готов к выходу.15. Индивид идет по улицам, гнусаво говоря нараспев: «А-би-би… а-би-би… а-би-би… а-би-би…»16. Подойдя к Центру, индивид обнаруживает стражников с автоматами Калашникова. Коричневое куриное яйцо немедленно бросается в рожу самого неприятного из них.17. Удивленные стражники не стреляют; тот, у которого рожа в яйце, молча подходит к индивиду. Индивид дает стражнику сырой антрекот, предлагая съесть его. «Ах ты, гнида!..» — восклицает разозленный стражник, и в ту же самую секунду ему в рот вбрасывается кубик пупука Вбрасывание должно производиться левой рукой, немедленно вынутой из кармана. Стражник тут же умирает; туловище его начинает мгновенно слабеть, словно потеряв каркас, а потом падает на асфальт.18. Другие стражники подходят, и с ними производится такая же процедура. Для того чтобы они не стреляли, необходимо повторять: «Хей, мама, бры-бры-бры,» чтобы они дико смеялись и не могли нажать на спусковой крючок. Как правило, 11 — это максимальное количество стражников, желающих подойти. Очень быстро они расступаются перед индивидом, как укрощенные ледоколом льдины, и освобождают путь в Центр, что и требовалось.— Замечательно! — сказал Миша. — Я тоже так хочу.
— Хорошо. Только помни основное правило.
— Я все знаю, — сказал Миша Оно.
— Тогда пойдем на Высший Банкет!
И через какой-то отрезок времени они открыли огромную синюю дверь и переступили порог; и веселый ефрейтор, стоявший тут, открыто улыбался, глядя на них, и сжимал красный арбалет. Оно держал руку Антонины и видел ее красную звездочку на левом виске. Потом, наконец, они вошли в ослепительно светлую залу, где стоял длинный стол, ходили официантки, пахнущие духами, и все мужчины были в пиджаках, отличающихся только расцветкой. Опять были гости, и этот вечный мятежный мир, имевший различные цели и причины, обернулся сфокусированной вокруг стола чинной компанией, пьющей алкогольные напитки и беседующей об упоении этим временем, которое произошло здесь сейчас и предоставило все, что можно взять и использовать. Женщины были одеты по-разному, и их драгоценности разноцветно сверкали под люстрой, словно своеобразные опознавательные огни; и они держали в руках рюмки с алкогольным напитком, выставив вперед мизинец, и чокались с мужчинами, застенчиво улыбаясь при звуке звона.— Хей! Вот и дочь моя, сотворенная мной! — сказала шикарная женщина в пестром костюме, сидящая рядом с большой прямоугольной бутылкой. — Она, как всегда, прекрасна, словно фея. Иди сюда и возьми рюмку.
— Это — мой знакомый, — сказала Антонина, подводя Мишу к женщине.
— Чудно! Кто вы? — спросила женщина, хитро улыбнувшись.
— Меня зовут Миша Оно. Я — вообще.
— Меня зовут Ольга Викторовна. Я — мать.