— И она выходит замуж сегодня?

— Да, и в ближайший час.

Ида была настолько поражена услышанным, что покорно позволила Дрого одеть тебя, причесать и даже ополоснуть лицо. Только когда они неторопливой рысцой подъезжали к большому лагерю, разбитому в окрестностях города, Ида почувствовала, что ее мысли понемногу стали проясняться. Первым делом она почувствовала себя уязвленной тем, что Ведетт даже не сочла нужным к ней заглянуть. Впрочем, Ведетт могла и не знать, где именно остановилась Ида, а с другой стороны, это знал Серл… А может, и ему это было неизвестно… Но как бы то ни было, Ида очень жалела, что они с Ведетт не повидались. Ей хотелось о многом поговорить…

— Как быстро… — пробормотала Ида. — Даже без ухаживания.

— Они ухаживали друг за другом двадцать лет на зад, — ответил Дрого.

— Но с того времени оба они сильно изменились.

— И поняли, что любят друг друга. Послушай, Ида. Твоя мать потеряла и мужа, и дом. Ты хочешь, чтобы она до конца своих дней ютилась в этом монастыре?

— Нет, но к чему это делать так поспешно? И Аверил, и Этелреду нужно какое-то время, чтобы привыкнуть к Серлу.

— Привыкнут после свадьбы. Тебе же он сразу понравился. Так же он понравится и твоим брату и сестре. Серл любит Ведетт, а ей нужна опора в это трудное время, и ее детям тоже. И видимо, очень нужна, если она рискнула отправиться в Лондон, не дожидаясь, когда Серл за ней приедет.

Ида все еще обдумывала его слова, когда их лошади остановились перед палаткой Серла и ее хозяин бросился им навстречу — растерявший всю свою степенность и взволнованный, словно юноша, Ида и Дрого тепло поздоровались с ним, а затем Ида направилась к горевшему неподалеку костру, чтобы поговорить с Аверил и Этелредом. Они сидели у огня вместе с Браном, Годвином и детьми, находящимися на попечении Иво и Мэй. Ида заметила среди ребятишек несколько незнакомых мордашек.

— Сколько их сейчас? — удивленно спросила она, садясь на бревно рядом с Браном. — Когда мы подошли к Лондону, у Мэй и Иво было девять приемышей. Похоже, их число несколько возросло.

— Четырнадцать. Не считая Уэлкома и Эрика, которые перебрались к Годвину, — ответил Бран. — Я сказал Дрого, что ему надо поскорее получить свою землю и со всех ног бежать туда, иначе скоро ему придется возводить палаточный городок для всех сирот и брошенных детей, которых подбирают Иво и Мэй.

— Брошенных детей?

— Утром они нашли возле своей палатки трех подкидышей. Думаю, эти дети — нежеланное потомство какой-нибудь из женщин, которые едут в обозе армии.

Ида горестно покачала головой, но тут же подумала, что Мэй и Иво способны дать малышам ту заботу, которой их родная мать наверняка дать им не способна. Ида повернулась к своей сестре и перехватила быстрый испытующий взгляд, который та бросила на Серла.

— Он хороший человек, — сказала Ида Аверил, и та вспыхнула.

— Но как можно играть свадьбу почти сразу после смерти отца? — голосом, в котором слышались обида и смятение, спросила она старшую сестру.

— Отец погиб уже несколько месяцев назад… Хотя, честно говоря, я и сама удивляюсь такой спешке. Но сейчас мы должны думать о матери. Мы находимся уже в другой стране. Домой нам не вернуться — там живут норманны. Нашей матери нужна крыша над головой, надежное плечо, нужен кто-то, кто смог бы о ней позаботиться. А положение супруги норманнского рыцаря освобождает от многих проблем.

— Она говорит, что любит его.

— Если она это говорит, то, по-видимому, так оно и есть. Послушай, Аверил, когда отец был жив, она относилась к нему безупречно, окружала теплом и уважением. Что плохого в том, что теперь она вернулась к человеку, которого любила в своей молодости?

— Ты в самом деле так думаешь?

Помедлив мгновение, Ида кивнула. Она действительно теперь думала именно так — после разговора с Дрого, который разрешил многие ее сомнения.

— Да. Поверь мне, Серл — действительно замечательный человек, добрый, честный. Вы отлично уживетесь.

— То же самое говорит нам и Бран, — произнес Этелред.

Услышав свое имя, Бран удивленно повернул к ним голову.

— Он стал хвалить норманнов? Невероятно! — улыбнулась Ида.

— У меня есть для этого основания. — Юноша насупился. — Я никогда не кривлю душой, даже если говорю о норманнах. Хотя мне этой нелегко, — хмуро добавил он.

— Но ты способен пересилить себя, и это очень хорошо. — Ида снова повернулась к Аверил: — Тебе стоит это перенять.

— Я постараюсь, — пробормотала Аверил. — В любом случае это должно быть лучше, чем жизнь в монастыре.

Ида внезапно заметила, что Аверил посмотрела куда-то в сторону, потом слегка вздрогнула, покраснела и поспешно опустила глаза. Повернув голову, Ида на миг изумленно застыла: там, куда украдкой глядела Аверил, стоял рядом с Дрого Унвин, и щеки его были не менее пунцовые, чем у ее младшей сестры.

Ида встретилась с понимающим взглядом Бран.

— Думаю, очень скоро Аверил изменит свое отношение к норманнам, — заметил юноша.

— Похоже на то, — рассмеялась Ида.

— Чему это вы так смеетесь? — подозрительно спросил Дрого, но не успели они ответить, как он снова задал вопрос: — У нас что, появились новые дети, или у меня просто плохая память?