— Его и детей Серл сейчас увезет в Пивинси, — ответил Дрого. Взяв со стола деревянную ложку, он попробовал мясо в чугунке. — Превосходно. Рад, что вы здесь не умираете с голоду.

Ида слабо улыбнулась. Она не знала, как ей воспринимать его появление, Дрого, конечно, приехал ради нее, но свободен ли он? Она жадно вглядывалась в любимое лицо, которое не видела так долго. А так ли уж важно, свободен ли он? Гораздо важнее оказаться сейчас в его объятиях. И вес же она спросила:

— Ты, наверное, женат? — Ее голос был хриплым.

— Нет. У меня нет супруги, — ответил он, снимая с огня чугунок с мясом.

— Но ты дал обещание?

— Нет. Я никому не давал обещания.

— Тогда обо всем остальном мы поговорим позже.

— Я всегда считал тебя умнейшей из женщин. Ида счастливо засмеялась, падая в его протянутые руки.

Ида вздохнула и прижалась щекой к широкой груди лежащего рядом Дрого. Никогда еще кровать Старой Эдит не казалась ей такой уютной. Даже беспорядок в комнате был восхитительным — повсюду раскидана их одежда, даже странно, что в спешке они ничего не бросили на печь.

— Было просто прекрасно! — произнес Дрого, — Но я сюда приехал вовсе не за этим. — Ее глаза удивленно округлились, и он рассмеялся. — Не только за этим. Почему ты покинула Лондон, Ида?

Ей не понравилось, что в такой момент он способен ее отчитывать.

— Потому что я знала, каким образом Вильгельм стремится укрепить союз норманнов с саксами. Я хотела избавить тебя от ненужных объяснений, а себя — от ненужной боли.

— То, что мне предложат саксонку в жены, сказал тебе твой голос?

— Ты говорил об этом с моей матерью? — удивилась она, устраиваясь удобнее на его плече. — Что тебе должны предложить невесту, я узнала от людей, а мои голоса не сказали мне, примешь ты это предложение или нет.

— И ты решила убежать?

— А что мне оставалось делать? Я не хотела становиться любовницей женатого человека. Раньше в глазах людей я была пленницей, мне даже сочувствовали. Теперь война окончена — и кто я такая? Я сама должна была выбрать свою судьбу. Ведь тебе в самом деле предложили жену?

— Да, и очень красивую, — ответил он, глядя перед собой. — Очень скромную, с прелестным лицом и красивой фигурой.

Ида села на постели, прикрывшись одеялом.

— Она действительно красивая? — ревниво спросила она.

— Да. И у нее очень много земли, — подлил он масла в огонь.

— Земли? Тебе предложили много земли? — тут же разгорелось горячее пламя.

— Целое графство.

На лице Иды было написано такое же немое изумление, как и на лице Годвина, когда он услышал эту новость.

— И ты теперь граф?

— И графский титул, и земли я мог получить, если бы женился на той женщине, которую мне предлагали. Но я сказал «нет».

Ида потерла лоб, пытаясь осознать его слова.

— Ты отверг предложение Вильгельма. Ты не стал графом и не получишь ни земли, ни власти, ни богатства…

— …ни жены, которую хотел дать мне Вильгельм. Я не мог взять что-либо одно. Только все вместе.

И Дрого начал подробный рассказ о своей встрече с Вильгельмом.

— Его очень рассердил твой отказ? — тихо спросила Ида.

— Как ни странно, нет. У меня такое впечатление, что он этого даже ожидал. Он лишь сказал, что сожалеет, и сообщил, что пока ничего не может мне дать.

— Так, значит, ты остался безземельным рыцарем? — Ее сердце радостно забилось. Она и мечтать не смела о подобном повороте событий! — Но почему? — спросила Ида, не дав ему ответить на свой вопрос. — Ты так к этому стремился! Из-за этого ты и отправился в поход.

Он медленно сел в кровати, обнял Иду за плечи и поцеловал.

— Нет, любовь моя. Даже если бы женщина, которую мне предложили, владела королевством, я бы все равно сказал «нет». Для меня существуешь только ты. Почему ты плачешь?

— От страха.

— От страха? Чего ты боишься, родная? Она вытерла слезы.

— Ты столького лишился! Однажды ты решишь, что я не стою такой жертвы.

— Ида, я произнес «нет» в здравом уме и твердой памяти. Я не жалею об этом сейчас и не стану жалеть в будущем. А сожалею только об одном — что не всегда относился к тебе так нежно, как ты того заслуживаешь, и ничего не смог тебе дать.

— Но ты мне ничего и не должен, — возразила Ида. — Разве ты мне что-то обещал? И потом, я не видела от тебя ничего, кроме заботы.