— А почему бы и нет, — ответил он и с шумом сложил газету.

Я уже хотела ему возразить, как вдруг вошел Лукас и объявил, что подъехал автомобиль гостей.

— Сходи и помоги им принести багаж и чемоданы, — приказала я и встала, но Малькольм продолжал сидеть уставившись в одну точку. — Ты идешь?

Он тряхнул головой, словно избавляясь от дурных мыслей, а затем пошел за мной к двери. Гарланд и его юная подруга, которая годилась ему в дочери, вышли из машины. Он поддерживал ее так, что я внезапно поняла, что она его жена! Меня всю вдруг передернуло. Почему Малькольм не сказал мне ничего? Я с гневом и осуждением посмотрела на него.

— Боже, — воскликнул Малькольм, — она беременна!

Я знала, что его встревожил еще один наследник. Его лицо побагровело, и он сжал руки в кулаки.

— Она беременна! — повторил он, словно стараясь убедить самого себя.

В самом деле, так оно и было. Нежная, хрупкая и свежая молодая женщина, так не похожая на меня, с яркими каштановыми волосами, на последнем месяце беременности, улыбаясь, смотрела на меня. Гарланд увидел нас в дверях, энергично помахал рукой и, взяв Алисию под руку, повел ее в дом.

Он, казалось, совсем не состарился с тех пор, как отправился в путешествие. У меня были основания думать так, судя по его фотографиям. По-видимому, именно длительное свадебное путешествие и женитьба на очаровательной молодой женщине омолодили Гар-ланда и придали ему новые силы. Он и Малькольм были во-многом похожи друг на друга, однако в походке Гарланда была легкость, а в улыбке его была теплота, которой недоставало Малькольму.

Гарланд был так же высок и широкоплеч, как и Малькольм. Он выглядел подтянутым, бодрым и энергичным. Не удивительно, что такая юная девушка была очарована им. Он казался настоящим щеголем в легком спортивном пиджаке и коричневых брюках.

Его жена, словно излучала красоту. Она двигалась легко, грациозно прямо навстречу нам.

У нее были большие голубые глаза и нежно-персиковый цвет лица, который обычно встречается лишь в журналах моды, мягкий, южный рот и маленький, немного курносый нос. Я не могла не позавидовать ее тонкой женственности. Ручки ее были совсем крошечными, а шея — гладкой и тонкой. Во многом она напоминала Коррин, мать Малькольма, и я поняла, почему Гарланд Фоксворт добивался ее и взял своей второй женой. Когда он впервые увидел эту девушку, то ясно представил себе Коррин во время их первой встречи, когда та переходила через улицу в Шарнот-тсвилле.

Я взглянула на Малькольма. Его глаза сузились, взгляд стал более напряженным. Хотя он и приготовился быть суровым и холодно-деловым в момент их встречи, лицо его смягчилось. Какую женщину он представлял себе? Я терялась в догадках. Вероятно, ожидания не обманули его.

— Малькольм, ты определенно постарел, — промолвил отец и рассмеялся.

— Алисия, это твой пасынок. Малькольм, это твоя мачеха, Алисия.

Малькольм взглянул на отца. Я увидела холодную усмешку на его лице.

— Мама? Добро пожаловать, мама, — сказал он и протянул руку.

Алисия с улыбкой пожала ее, но тотчас отдернула свою руку назад и взглянула на меня, как и Гарланд.

— Это, — начал Малькольм, произнося слова медленно и внятно, — это миссис Фоксворт, миссис Малькольм Нил Фоксворт. Оливия, — закончил он.

— А, здравствуйте, Оливия, — приветствовал меня Гарланд.

И вновь мое сердце обожгло холодом. По взгляду Гарланда я поняла, что Малькольм никогда не писал ему о своей свадьбе. Это означало, что он и не подозревал о существовании двух внуков!

— Почему ты ничего не сказал мне об этом?

Алисия удивленно посмотрела на Гарланда. Она была так мила и непосредственна. Гарланд, зная своего сына очень хорошо, мог бы не заострять внимание на этом неловком моменте. Я даже почувствовала это. Позднее, наедине, он мог бы обсудить это с ним и выразить разочарование по поводу того, что ему ничего не сообщили.

— Почему, Гарланд? — допытывалась Алисия.

— Просто потому, что ничего не знал об этом, дорогая, — ответил он, по-прежнему глядя на Малькольма.

Я увидела самодовольную улыбку в глазах мужа, которая обычно появлялась, когда он утирал кому-то нос.

— И как давно вы женаты?

— Уже больше трех лет, — ответил Малькольм.

— У нас двое детей, — добавила я, не скрывая возмущения тем, что Малькольм не пускает гостей в дом и неторопливо докладывает им новости.

— Оба — мальчики.

— Оба — мальчики? Какой сюрприз! Представь себе, Алисия, ты уже — бабушка, хотя еще не стала мамой. Мальчики!

Алисия нежно улыбнулась, когда Гарланд обнял ее и так сильно прижал ее к себе, что я испугалась, как бы он не повредил еще не родившемуся малышу. Она была такая хрупкая.