Теплый язык ласкал ее мягкую ароматную кожу, спускаясь вниз к животу, задержался у коленей и поднялся снова. Констанца неистово металась, волосы рассыпались по подушке. Губы Найла приблизились к самому сокровенному месту. Пальцы осторожно раздвинули кожу — маленькая пуговка была твердой и дрожала. Губы сжали ее, язык отведал на вкус.

— Боже! Еще! Еще!

Дважды его язык приводил жену в экстаз. Потом, не выдержав сам, Найл вошел в ее горячее, хрупкое тело. Вскрикнув от наслаждения, она обвила его ногами, подлаживаясь к неистовому ритму мужа, исцарапала спину, когда почувствовала внутри его семя.

Найл понял, что она теряет сознание. Тогда он обнял ее и устроил на плече, чтобы, очнувшись, она не испугалась и почувствовала себя уютно. Он был восхищен этим замечательным страстным существом, на котором женился. Слишком уж это хорошо, чтобы быть правдой, и все же это была правда. Он нашел великолепную партнершу, женщину, из чьей утробы произойдет новое поколение Бурков. Констанца едва шевельнулась в его объятиях.

— Прощай, Скай, любовь моя, — едва слышно шепнул Найл и повернулся к жене.

Жена Халида эль Бея стала самой знаменитой женщиной в Алжире. Три раза в неделю она с открытым лицом сидела во главе стола на званых вечерах. Поначалу мужчины были шокированы, но быстро привыкли — Скай была очаровательной разумной женщиной и легко поддерживала беседу. Поговаривали, что она разбирается в делах не хуже мужа, но ни один мужчина не придавал этим слухам серьезного значения, считая их явным абсурдом. Ведь Аллах создал женщин для удовольствия мужчин и для рождения детей, но ни для чего больше.

Все завидовали Халиду эль Бею, но больше всех Джамил, комендант Касбахского форта. Турецкий воин был славным жеребцом и имел обширный гарем. Получить у него какую-нибудь услугу было достаточно просто, стоило только подарить красивую опытную рабыню. И все же Джамил безнадежно жаждал Скай. Оттолкнув его ухаживания, она очень заинтересовала офицера. Он подкупил служанок, чтобы те тайно передавали ей подарки: драгоценности, цветы, сладости. Все возвращалось обратно — обертки даже не были тронуты. Два раза он смог увести ее от гостей и выслушал лишь упреки и даже оскорбления. Никогда еще Джамила так откровенно не отталкивали и не обижали. И он поклялся овладеть Скай.

Тем вечером он развалился на диване и вместе с Ясмин смотрел сквозь прозрачное с их стороны зеркало. По другую сторону зеркала в соседней комнате развлекался известный в городе купец. Голый и связанный, он наслаждался услугами двух смазливых девиц. Одна из них уселась ему на лицо и щекотала своими волосами, а другая яростно сосала его маленькую дряблую мужскую плоть. Наконец их совместные усилия увенчались успехом, и та, что была внизу, привела мужчину к славной победе.

— Бедняга, он не заслуживает их стараний! — от всей души рассмеялся Джамил. — Пришли их потом ко мне — и я уж их вознагражу.

— А я считала, что ты собираешься провести ночь со мной, — упрекнула его женщина. — Я ни с кем не собираюсь делить своих привилегий.

— Разве ты откажешься стать моим изысканным десертом после того, как у меня разыграется аппетит? — польстил он Ясмин.

Женщина что-то довольно проворковала. Она наслаждалась Джамилом и считала его самым лучшим после Халида любовником. А Халид, будь он проклят, совсем перестал к ней ходить после того, как влюбился в Скай. Гримаса гнева на миг исказила ее красивое лицо. Джамил заметил ее гнев.

— В чем дело, крошка? — спросил он ее. — В последнее время ты часто раздражена. Скажи мне, и Джамил тебе поможет.

Поколебавшись, она решилась:

— Это все из-за моего господина Халида. Он так переменился. Он больше ко мне не ходит, и все из-за жены.

— Она очень красива, — безжалостно заметил Джамил. — Но я ее совсем не знаю.

— Хоть бы Аллах ее убил! Тогда бы господин Халид снова начал ко мне ходить.

— Может быть, дорогая, — процедил он, — я и смогу это устроить. — И продолжал, несмотря на ее удивленный взгляд:

— Конечно, при условии определенного вознаграждения за мою помощь. Какое значение имеет смерть одной женщины? Особенно если эта женщина ничего не помнит и не имеет влиятельных связей?

Против своей воли Ясмин заинтересовалась.

— Но как? — спросила она.

— Если бы я хотел, чтобы кто-нибудь умер, то прежде всего правильно бы выбрал время и место, а потом сам бы взялся за клинок. Чем меньше людей в этом замешано, тем лучше. Что ты на это скажешь? К тому же никто ничего не заподозрит, если увидят, как в эту ночь мы с тобой вместе входим в твою спальню.