— Ты поможешь мне, мама? — попросила она.

— Нет. Тебя всему научили, так что вполне сумеешь самостоятельно вымыть мужчину. Поскольку он твой муж, можешь сесть к нему в чан. Тебе тоже нужно помыться. Кроме того, Рису не мешает присмотреться к тебе поближе. Рано или поздно ваш союз должен быть осуществлен, дочь моя, и, думаю, чем раньше, тем лучше для вас обоих.

— Но мне казалось, что ты хочешь научить меня чему-то. Что я многого еще не знаю, — тихо запротестовала Аверил. Мысль о совместном с мужем купании казалась пугающей.

— Верно. Но, хорошенько поразмыслив, я решила, что пусть лучше Рис найдет тебя неопытной девственницей. Как только он впервые возьмет тебя, не усомнившись в твоей невинности, я обучу тебя многим восторгам, которые женщина может разделить с мужем, и многим способам дарить ему наслаждение. Рис будет счастлив иметь такую жену, дочь моя, — улыбнулась Горауин, оглядывая комнату. — Ну вот, все готово, пойду за Рисом. Повесь у огня полотенца, Аверил. Неужели уже забыла, чему тебя учили?

Ободряюще похлопав дочь по плечу, Горауин поспешила за зятем.

Аверил тоже огляделась, желая убедиться, что все в порядке. Потом повесила большие чистые полотенца на деревянную палку, прибитую над очагом. Попробовала воду. Горячая. Передвинула маленькую деревянную лестничку, хотя особого смысла в этом не имелось, поскольку чан был круглый. Щетки были аккуратно разложены на бортике. Тут же лежали тряпицы для мытья и стояла мисочка с жидким мылом. Все как полагается.

Дверь купальни отворилась, и порог переступил удивленно озирающийся Рис.

— У вас есть комната специально для мытья? — пораженно пробормотал он.

— А у вас такой нет?

— Нет. Есть только дубовая лохань, а летом мы моемся в ручье.

— И при этом англичане считают валлийцев варварами, — съязвила Аверил.

— Но ведь не у всех валлийцев бывает подобная роскоши — оправдывался Рис.

— Возможно, господин, но меня воспитывали именно так. Пожалуйста, сядьте на табурет, чтобы мне было удобнее раздеть вас, — велела Аверил с напускной храбростью.

Рис повиновался. Она быстро стащила с его ног грязные поношенные башмаки и, брезгливо сморщив носик, сняла шоссы и бросила на пол. Знаком попросив его встать, она принялась стягивать одежду: сначала котт, длинную тунику, которую вытряхнула и аккуратно положила на стул. Потом зашнурованную у ворота камизу. Аверил ловко распустила шнуровку и замерла. Грудь под камизой была широкой, мускулистой и безволосой. Когда она снимет камизу, он окажется голым. Девушка замялась.

Рис Фицхью, не дав ей опомниться, принял решение за нее и прижал к груди маленькие ручки Аверил.

— Думаю, жена, нам давно пора познакомиться. Не стесняйся, Аверил. Ласкай меня, если хочешь. Тут нет ничего дурного, и твои прикосновения доставят мне удовольствие.

Краска бросилась в лицо девушки.

— Господин, — заикаясь, прошептала она, — я девственна. Рис приподнял ее подбородок, так что их глаза наконец встретились.

— Знаю, — тихо ответил он и, наклонив голову, коснулся губами ее губ.

Пухлый ротик удивленно раскрылся. Аверил охнула и отстранилась.

— Тебя и впрямь никогда не целовали, — улыбнулся он.

— Конечно, нет! — вознегодовала она. — Я должна была стать женой знатного лорда, Рис Фицхью. Неужели я вошла бы в высокородную семью с запятнанной честью?!

— Значит, мне повезло стать первым, кто возьмет твою добродетель, — сухо ответил он.

— Повезло, — кивнула она. — Я вознаграждена за свое безупречное поведение браком с управляющим чужого поместья, не имеющим ничего, кроме каменного коттеджа! Что, во имя Пресвятой Девы, заставило тебя похитить меня? Или все дело в том, что ты принял меня за наследницу отца?

— Мне была нужна жена, — пояснил он, — а отец сказал, что богатая супруга куда лучше бедной.

— Значит, и тебя обманули, — вздохнула она.

— Вовсе нет. Пусть ты не богатая наследница, но для побочной дочери достаточно богата и… и ослепительно красива. Тебя возжелают многие, в том числе и знатные лорды, но ты моя жена и при этом настолько благородна, что никогда не предашь меня и имя Фицхью. Его дал мне отец, и наши дети будут рождены в законном браке. И еще, жена, мне приятны прикосновения твоих рук.

Аверил снова вспыхнула. О, этот человек обладает редкостной способностью выводить ее из себя!

Она решительно сняла с него камизу и приказала:

— Садитесь в воду, господин, пока вода не остыла! Теперь она смотрела куда угодно, только не на мужа. Рис, не сдержавшись, усмехнулся.

— А ты? Пойдешь со мной? — лукаво спросил он, вздернув брови.

— Я могу прекрасно вымыть тебя, и не садясь в чан, — резко ответила она.

— Можешь, но не будешь. Я твой муж и хочу, чтобы ты была рядом.