— Но кто он, дочка? И как получилось, что ты знакома с ним, а мы нет?

— Не знаю, — честно призналась Майя. — Он приходит каждую ночь во сне, и мы улетаем в его замок, выстроенный посреди сказочного озера. Когда я спросила, сон это или нет, он пообещал оставить мне доказательство реальности своего существования. Проснувшись на следующее утро, я нашла подвеску и цепь на подушке.

Аргел потрясенно отшатнулась, и Горауин поспешила сжать руку подруги.

— Это волшебство. Причем великое волшебство, — уверенно объявила она.

— Я люблю его, — тихо сказала Майя.

— Ее околдовали! — взвизгнула Исбел, бледнея и крестясь. — Только бы колдун не причинил зла Джунии, которая спит рядом с сестрой!

Обе женщины поспешно повернулись к Джунии.

— Скажи, дитя, не повредила ли тебе эта странная магия? Ты тоже видела необычные сны?

— Я засыпаю, едва голова коснется подушки, и не вижу никаких снов, — заверила девушка. — Сегодня я впервые услышала о волшебном возлюбленном Майи. О, как прекрасно! Мне тоже хотелось бы иметь такого!

Исбел, подскочив от негодования, дала дочери пощечину.

— Дура! Не искушай дьявола, как эта гордячка! Джуния вскрикнула и схватилась за щеку. Из глаз хлынули слезы.

— Сядь, Исбел! — приказала Аргел спокойно, но твердо. — Не стоило тебе бить Джунию. Она ничем не заслужила наказания. Твоя дочь еще ребенок. Майя, возьми сестру и иди в сад. Я должна поговорить с твоим отцом. Мы позовем тебя, когда потребуется твое присутствие.

Она улыбнулась девушкам, и те, немного ободрившись, присели и чинно удалились, — Немедленно приведи хозяина, — велела Аргел слуге. — Передай, что мне нужно с ним поговорить.

Слуга опрометью выскочил из зала.

— Интересно, кто этот волшебник? — прошипела Исбел.

— А мне хотелось бы знать, когда он придет за ней, ибо он наверняка придет, — заявила Горауин.

— Следует ли нам воспротивиться ему? — спросила ее Аргел.

— Вряд ли нам это удастся. Поверь, этот человек наделен сильными магическими чарами. Все же Майя не боится, несмотря на то что он до сих пор не показал ей лица.

— Наверное, ужасно искалечен или уродлив, как сам сатана, — мрачно буркнула Исбел.

— Или ослепительно красив, — возразила Горауин.

— Почему же скрывает свою внешность? — фыркнула Исбел.

— По-видимому, хочет, чтобы его полюбили за нрав и характер, а не за красоту, — мудро рассудила Аргел. — Сколько еще ждать, прежде чем мы получим ответы, которых ищем?

— Подозреваю, очень скоро, — ответила Горауин. — Год идет на убыль. Думаю, он захочет видеть ее своей женой еще до зимы.

В зал торопливо вошел Мирин Пендрагон. Женщины почтительно присели перед хозяином дома. Он уселся перед камином и вопросительно взглянул на них, приглаживая влажные волосы. Мирин объезжал молодого жеребца и очень устал. На рубашке темнели большие пятна пота.

— Рейф сказал, что дело срочное, — начал он, — но, пожалуй даже хорошо, что ты меня позвала. Уж очень упрямая скотина попалась!

Он знаком велел женщинам сесть, и те немедленно подчинились.

Аргел негромким голосом рассказала историю, которую поведала Майя.

— Думаю, муженек, именно поэтому она отвергла столько подходящих поклонников, — объяснила она.

— Уверена, что девушки не решили над тобой подшутить? — спросил он.

— Но где в таком случае она раздобыла подвеску и цепь? — возразила Аргел.

— А они точно настоящие?

Аргел кивнула. Лорд Дракон обратился к Горауин:

— А ты что об этом думаешь? Аргел права?

— Цепь необыкновенно искусной работы. Что же до подвески… только волшебник способен заключить в драгоценный сапфир столь изящную копию замка. Если не этот мужчина подарил его Майе, каким еще образом она сумела получить столь дорогое украшение?

Пендрагон задумчиво нахмурился.

— Добро это или зло? — подивился он вслух.

— Мы не узнаем, пока не увидим этого человека, — сказала Горауин.

— И Майя говорит, что выйдет только за него? — уточнил Мирин.

— Клянется, что не посмотрит ни на кого, кроме него, — подтвердила Аргел.

— Что же, увидим, — решил Мирин. — Интересно, захочет ли он получить только Майю, без приданого и земель? Может, именно этого он и добивается.

— У него замок, — напомнила Горауин.

— Или он умело задурманил голову глупенькой девчонке, — злобно выкрикнула Исбел. — Если он промышляет волшебством, может, этот замок не что иное, как иллюзия.