— Было бы превосходно. Ты собираешься сегодня вечером на заседание городского совета?

— Я и не знала о нем.

— Что ты! Каждый второй вторник месяца.

Джейс пойдет туда. Как шериф, он входит в состав комитета.

— Понятно. И на собрание допускаются все желающие?

— Гм… Любой может выступить со своими идеями, а комитет и мэр обязаны выслушать их.

— А вы пойдете?

— Обязательно.

— Может, мне удастся увязаться за Джейсом, и тогда вечером мы увидимся, — рассмеялась Элисон.

Потом они поговорили о Ред-Блаффе и обо всем понемногу, и наконец Глория ушла.

Фрэнк выглядел получше. Температура была немного повышенной, но старик явно пошел на поправку.

Элисон поймала себя на мысли, что ей очень нравится Фрэнк — он напомнил ей отца.

Вечером, когда приехал Джейс, она уже ставила салат на столе в патио, а в гриле шипели гамбургеры. Она переоделась к собранию в розовые брюки и полосатую бело-розовую блузку без рукавов. Увидев Элисон в таком наряде, Джейс сильно удивился.

— Ты куда-то собираешься вечером?

— Глория рассказала мне о городском собрании.

— Тебе будет скучно, — заметил невзначай Джейс, вешая шляпу у двери.

— Хочу знать, чем живут в маленьком городке. Если тебе нужно уехать раньше, я могу поехать на своей машине.

— Да нет, не нужно.

— Тогда ничего, если я поеду с тобой?

— Ничего. Мы собираемся в кафетерии начальной школы. Ты была сегодня у Фрэнка?

— Он поправляется. Я предупредила, что позвоню ему завтра.

Джейс снял галстук и бросил его на стол.

— Я успею переодеться до ужина?

— Конечно.

Он вышел из кухни. Элисон представила его без рубашки: широкие плечи, курчавые коричневые волоски на груди… Это видение преследовало ее с той самой ночи, когда они чуть было не занялись любовью.

Час спустя они вошли в кафетерий. Почти все стулья были заняты, сложенные столики стояли вдоль стен. Члены комитета уже сидели на своих местах. Элисон заметила Чака и Риту справа в первом ряду.

Джейс наклонился к ее уху, отчего ей стало щекотно.

— Мне придется сесть в президиум.

Она согласно кивнула, увидела Глорию с левой стороны, прошла к ней и села рядом.

Ровно в семь мэр призвал собравшихся к порядку. Он был низкого роста, с редкими седыми волосами и в очках, но, когда заговорил, в зале стало тихо.

С несколькими докладами выступили члены комитета, потом мэр передал микрофон шерифу.

Джейс посмотрел на лист, лежащий перед ним, поднял голову и улыбнулся. Он чувствовал здесь себя своим.

Он рассказал собравшимся, что налоги с жителей города пойдут на замену светофоров на улице Рио и на Третьей улице, а также о том, что до сентября сделают новую разметку для переходов.

Неожиданно с правых задних рядов поднялась рука.

— Да, Лорен. У вас вопрос по поводу переходов?

— Совсем нет. Хочу спросить о другом.

Даме, к которой шериф обратился по имени, на вид было более шестидесяти. В темных, собранных в тугой пучок волосах сверкала седина. Интересно, подумала Элисон, Джейс знает большинство жителей города по имени или просто на собрания ходят одни и те же?

— Пожалуйста, — кивнул он.

— Раз вы шериф города и, следовательно, являетесь образцом для подражания, хотелось бы знать, как долго еще пробудет у вас женщина?

В зале воцарилась тишина. У Элисон перехватило дыхание. Чак и Рита не отрываясь смотрели на нее.

— Не обращай внимания, — похлопала Глория ее по руке, — она живет совсем в другом районе города.

Лицо у Джейса, до этого добродушное, вдруг стало холодным и твердым.

— Не думаю, Лорен, что жителей города это касается.

— А я уверена в обратном, — начала та спорить. — Вы занимаете солидное положение в обществе, и такое поведение вряд ли можно назвать достойным. Скоро начнутся выборы, и я думаю, мы все заслуживаем объяснений.

Сердце у Элисон колотилось, как у гончей.

Она ни в коем случае не хотела повредить репутации Джейса. Если ее визит сюда будет стоить ему любимой работы…

Она поднялась и поспешила к выходу. Ни к чему вынуждать Джейса защищать ее перед лицом всего города.

В вестибюле ее догнала Глория.