И тут Наталья вспомнила про кольцо, которое она, улучив момент, стащила с большого пальца Елизаветы. Интересно, а оно — драгоценное? Наверное, да. Чтобы такая мамзель да обычную сталь с цветными стеклышками таскала… Интересно, а из какого металла? С виду вроде на серебро похоже, но вдруг это платина? Или это самое, белое золото?! И камешки как на подбор: изумруды, сапфиры, рубины?…

Хорошо Борис этого не видел. А то непременно колечко себе отобрал бы. Мол, в резервный фонд, или еще как-нибудь хитро все обозвал. И осталась бы она с носом. Он ведь жадный просто до чертиков. А так вернется она королевой в поселок, и колечко на пальце блестит. Все, как полагается.

Не удержавшись, Наталья полезла в карман и, достав из него кольцо Лизаветы, примерила на безымянный палец. Сидит как влитое. И чего эта дура его на большом пальце носила? Не иначе, выпендривалась. И вообще, все у них в Москве не как у людей. Торопятся все куда-то, бегут. До других им и дела нет. А уж про то, чтоб по душам поговорить, можно и не мечтать…

— Эй, Натах, как думаешь, спрыснем обновки, чтоб носились хорошо? — спросил Борис, которому наконец-то надоело красоваться перед зеркалом.

Наталья, которую вопрос мужа вырвал из сладких раздумий на тему «все засранцы, кроме нас» кое-как стащила кольцо с пальца и от греха подальше спрятала обратно в карман.

— Спрыснем. От чего ж не спрыснуть? — отозвалась она и послушно побрела в кухню соображать на стол. Сегодня они и вправду с Борькой разухарились. Помимо шмоток еще «Столичной» водочки закупили, как водится, салатов готовых, колбаски-нарезочки, сырку там всякого. Можно ничего и не готовить при такой закуске-то. Кой веки раз у плиты не крутиться, отдохнуть по-человечески. Жаль только, что деньги так быстро летят. Может и не хватить на все, что они задумали. Ведь нотариусу платить надо, конторам всем этим жилищным — надо. Так и не останется ничего.

Через пять минут стол был накрыт, и Наталья позвала мужа. Он явился, облаченный в ярко-синий спортивный костюм с надписью Camel Team на груди и темно-коричневые клетчатые тапки. По-хозяйски расселся и, скрутив пробку у бутылки, разлил прозрачную жидкость по стопочкам.

— Ну, чтоб носить нам шмотки — не переносить! — сказал он первый тост и, запрокинув голову, лихо тяпнул порцию огненной воды да так, что звучно заходил кадык.

Наталья послушно опустошила свою стопочку, поморщилась, схватила пальцами кусок сырокопченой колбасы и отправила в рот. Прожевала и сладко улыбнулась: какая прелесть! Прям во рту тает, как раньше финский сервелат, что с боем за бешенные деньги из-под прилавков доставали. А ведь эта девка такую колбасу небось каждый день хавала. Ну, ничего, теперь на их улице праздник. А она пусть у Прасковьи в дурмане забывается. Борис ей столько снадобья оставил — слона свалить хватит. Все строго по справедливости: девке отрава, им — колбаса!

Борис тем временем разлил по второй:

— Ну, будем, — сказал он, и не дожидаясь, пока жена присоединится к нему, выпил первым.

Наталья поморщилась. Ну, вот так всегда. Даже в такой малости о ней забывает. А все деньжищи проклятые ему глаза застили. Вот почему всегда так: она денежку приносит, а он ее сразу себе тянет? Между прочим, девкину заначку именно она нашла. И что же: Борис ее мигом себе прикарманил. Будто она сама деньги тратить не умеет. Еще как умеет! Только было бы, что тратить.

Борис оперативно схомячил половину пластиковой мисочки с салатом «оливье» и разлил по третьей. Опять не дожидаясь супруги одним махом заглотил прозрачную сорокоградусную жидкость. Даже не заметил, что у жены еще с прошлого раза в стопке плещется. Наталья не выдержала:

— Ну, сколько можно жрать? Нет бы ходить, нотариуса искать. Время-то идет, а у нас все по нулям! А вдруг как с девкиной работы позвонят или опять гонца зашлют? И что мы им говорить будем? Она ж чай не в вакууме жила. А вдруг как кто ее хватится?

— Рано еще в панику впадать. Будет кто Лизку разыскивать, говорить будем то же, что и в прошлый раз. Мол, к жениху уехала, и знать ничего больше не знаем. И вообще, мне что — разорваться по твоей милости? — прошепелявил с набитым ртом Борис. — Или забыла, на что мы сегодня целое утро потратили?

— Утро утром, так вечер скоро! А нотариус сам по себе к тебе с поклоном не придет, его найти нужно, умаслить. И кто этим заниматься будет? — все больше и больше распалялась Наталья.

— Не ссы, старуха, — хохотнул Борис. — Может, и без него все провернем. Причем на законных основаниях. Смекаешь, к чему я веду? Я тут давеча ночью лежал, размышлял. И не поверишь — придумал одну, не побоюсь этого слова, гениальную штуку…

— Это какую же? — недоверчиво спросила Наталья.

— Не понадобится нам нотариус. Вернее, любой сойдет и за бесплатно.

— Что-то я тебя не понимаю, — Наталья машинально обтерла пальцы о подол и подобралась в ожидании того, что скажет ее непутевый муж.

— Мы все строго по закону провернем, понимаешь? И нас просто не за что сажать будет! Даже ай-ай-ай никто не скажет!

— Борь, ты, кажись, на солнышке перегрелся. Чего несешь? А как же девка? Ее ты куда денешь?

— Да пусть торчит там, где мы ее оставили. У нас ее паспорт есть, и этого достаточно.