Капитан начал подталкивать меня к двери, все время оставаясь между мной и своим столиком. Я жестом показал Майку, чтобы он выходил со мной.

— Не бойся, майор его не пристрелит. Майор Бачелор любит «ярдов», — сказал капитан.

Он нетерпеливо посмотрел на меня, потому что я шел медленно. А потом я видел, как изменилось лицо капитана, когда он посмотрел мне в глаза.

— Черт возьми! — сказал капитан и тут же остановился. — Черт возьми, — повторил он, но уже другим тоном.

Я начал смеяться.

— Ох, это же... — Он затряс головой. — Это же и вправду...

— Где же ты был? — спросил я его.

Джон Рэнсом повернулся к столу.

— Эй, я знаю этого парня. Это мой старый футбольный друг.

Майор Бачелор пожал плечами и положил пистолет на стол. Глаза его закрывались.

— Я не люблю футбол, — сказал он, но руку с оружия не убрал.

— Налейте сержанту выпить, — произнес изможденный солдат.

— Налейте этому чертову сержанту выпить, — поддержал майор.

Джон Рэнсом быстро пошел к бару и схватил стакан, который протянул ему вконец растерявшийся Майк. Затем Рэнсом вернулся к своему столу, наполнил два стакана и с ними снова подошел ко мне.

Мы наблюдали, как голова майора постепенно опускается на грудь. Когда его подбородок наконец достиг расстегнутой верхней пуговицы изодранной рубашки, Рэнсом сказал: «Давай, Боб», и другой мужчина потихоньку вытащил пистолет из-под руки майора. Он засунул его себе за пояс.

— Он вырубился, — сказал Боб.

Рэнсом снова повернулся ко мне.

— Он не спал трое суток подряд, пока был с нами, и одному Богу известно, сколько еще до этого. — Рэнсому не пришлось уточнять, кто это «он». — Мы с Бобом немножко поспали по очереди, а он трепался всю дорогу.

Рэнсом уселся на один из стульев за моим столом и опрокинул стакан в рот. Я сел рядом с ним.

Какое-то время в баре стояла тишина. Полоска света, пробивающаяся через открытую щель в окне, уже сползла с зеркала и теперь добиралась до стены, что означало, что скоро она исчезнет совсем. Майк поднял стекло у одной из ламп и подрезал фитилек.

— Слушай, почему, когда мы видимся, у тебя всегда проблемы?

— Очень хочешь знать?

Рэнсом улыбнулся. Он очень изменился с тех пор, как я видел его последний раз. Тогда Рэнсом собирался переправлять партию боеприпасов сенатору Буррману в лагерь «Уайт-Стар». Он окреп и возмужал, а глаза ввалились. Мне казалось, что сейчас он на один огромный шаг ближе к цели, которую я всегда видел в нем, чем раньше, когда Рэнсом фанатично клялся мне, что остановит распространение коммунизма. Этот человек нахлебался войны по горло, и теперь война была у него внутри.

— Я же тебя отмазал от морга в «Уайт-Стар», верно?

Я с ним согласился.

— Как ты называл это? Трупная бригада? На самом деле не очень-то похоже на морг, правда? — Рэнсом улыбнулся и тряхнул головой. — Я позаботился тогда и о вашем капитане Маккью. Он называл это свалкой. Я не представляю, как он мог так долго терпеть. Единственный с крепкими нервами был тот сержант, как это его... Итальянец.

— Ди Маэстро.

Рэнсом кивнул головой.

— Вся операция тогда провалилась.

Майк зажег большую кухонную спичку и поднес ее к фитильку керосиновой лампы.

— Я слышал кое-что об этом...

Он тяжело откинулся назад, оперся спиной о стену и глотнул виски.

— Там было что-то дикое.

Я спросил, по-прежнему ли их база находится в горах за лаосской границей. Он со вздохом покачал головой.

— Так ты теперь не с этим племенем, как его, хату?

Рэнсом открыл глаза.

— У тебя хорошая память. Нет. Я больше не там. — Он собирался сказать еще что-то, но потом передумал.

Сдержался. — Жду, когда меня пошлют в Ке-Сан. Лучше бы я остался там, в горах. Но сейчас я мечтаю лишь об одном: принять ванну и завалиться в постель. Любую постель. В общем, я бы даже согласился на сухое ровное место на земле.

— А откуда ты сейчас?

— Ездили в глубь страны. — Его лицо сморщилось, он недовольно скривил рот. Я не сразу понял, что Рэнсом улыбается. — Заехали далеко на вражескую территорию. Нам пришлось вытаскивать майора.

— Похоже, вам пришлось его не вытаскивать, а вырывать, как зуб.

Мое невежество заставило его выпрямиться.

— Ты что, хочешь сказать, что никогда о нем не слышал? О Франклине Бачелоре?

И тогда мне показалось, что кто-то давным-давно рассказывал мне о нем.

— Бачелор в тылу врага вытворял такие вещи, что простым смертным и не снилось. Он — легенда.

Легенда, подумал я. Прямо как Зеленые береты, которых Рэнсом так же называл когда-то в «Уайт стар».

— Он один прошел столько, что хватит на армию, хорошо поработал в провинции Дарлак. Он был там совсем один. Этот человек — герой. Это точно. Бачелор пробирался в места, к которым мы даже приблизиться не могли, — он был внутри лагеря северо-вьетнамской армии, слышишь меня, внутри, и тихонько перебил полдивизиона.