— Хорошо придумано, Джеффри, — сказал Ален. — Спасибо тебе.

Джеффри пожал плечами.

— Возможно, несколько экстравагантно, но, безусловно, действенно.

— Не сомневаюсь. — Ален повернулся к возчику и его жене:

— А теперь идите своей дорогой, не опасаясь этих злодеев.

Больше они вас не потревожат.

— Точно! — Возчик поклонился, прижав ладонь ко лбу. — Благодарю вас, господа рыцари!

— А я вас — за удобный случай проявить себя, — склонил голову и Ален, так что Джеффри решил объяснить ему, что всякому рыцарству есть предел. — Прощайте, и счастливого пути.

— И вам того же, благородные рыцари. — Возчик помог жене взобраться на телегу, уселся сам, взял вожжи, гикнул мулу, и телега заскрипела по лесной дороге. Оборотившись, супруги махали, пока их не скрыла листва.

— Неплохое начало, Ален! — Джеффри похлопал своего спутника по плечу. — А теперь пора и нам в путь!

Ален издал радостный вопль:

— Приключения продолжаются!

За очередным поворотом дороги путь разбойникам преградил немолодой рыцарь в плаще с капюшоном. За его спиной выстроилась еще дюжина рыцарей.

Разбойники остановились.

— Мы сделали все, как вы приказали, сэр Марис, — подал голос Бор.

— Тем лучше для вас, — сурово отозвался рыцарь. — Вы избавились от королевской темницы, а ваши грабежи и разбои прощены. Смотрите, больше не попадайтесь.

Разбойники все до единого забормотали, отрекаясь от прежней жизни и заверяя в будущей честности, а Бор заявил:

— Позвольте вас заверить, с прошлым покончено!

— Прекрати эти «вы», да «вас»! — рявкнул сэр Марис. — Не можешь сказать «ты» да «тебя», как все Честные люди?

Бор изобразил раскаяние:

— Прошу великодушно простить Мою оплошность, королевский сенешаль.

Сэр Марис пристально посмотрел на него, не упустив прозвучавшего в ответе скрытого смысла: мол, не будь сэр Марис королевским сенешалем. Бар показал бы длинный нос всем претензиям старого рыцаря. Однако сэр Марис был королевским сенешалем и обладал немалым опытом общения с надменными юнцами, включая и принца Алена с лордом Джеффри.

— Что же потребовали от вас юные рыцари? — осведомился он.

— Сдаться на милость леди Корделии в замке Гэллоуглас, — ответил Бор.

Сэр Марис раздраженно вздохнул:

— Вздорная молодежь! Что ж, ничего не поделаешь, счастливого пути! Но не вздумайте шагу с дороги ступить, или мои люди набросятся на вас, как коршуны на воробьев.

Бор поклонился, лицо его не выдавало никаких чувств.

— В точности, как ты велишь, сэр Марис.

Он выпрямился, окликнул свою шайку и повел ее дальше.

v — чего бы ему рассказывать сэру Марису о сопровождающей их армии эльфов? Пусть его рыцари сами убедятся, и желательно самым неприятным для них образом.

С предельной осторожностью он приоткрыл свой разум и прислушался к бормотанию окружающих его мыслей. Да, эльфы по-прежнему здесь, возмущаются Холодным Железом, что вознамерилось составить им компанию. Бор весьма сожалел, что пришлось, едва начав, сдать бой этой парочке, ведь он почти не сомневался, что коренастый рыцарь — не кто иной, как Джеффри Гэллоуглас, и был бы рад померяться «колдовскими силами» с сыном Верховного мага.

Сэр Марис провожал взглядом шайку разбойников, пока те не скрылись из виду. Он ни на йоту не доверял ни Бору, ни его головорезам. К сожалению, они направляются как раз туда, куда не пройти ни ему самому, ни его рыцарям; нельзя же, в самом деле, допустить, чтобы крошка Корделия увидела трофеи своего ухажера в сопровождении вассалов короля. Сэр Марис вздохнул и обернулся на скрип телеги. Так, теперь возчик с его половиной.

— Держите еще флорин в пару к тому, что получили раньше, — сказал он. — Вы справились с ролью?

— Ах, конечно! — отозвалась жена. — Судя по всему, молодые люди поверили каждому слову.

— Будь я проклят! — воскликнул ее супруг. — Я и сам поверил!

Сэр Марис смерил супругов пронзительным взглядом.

— Эти разбойники не причинили вам вреда?

— Нет, — тут же ответила женщина. — Во всяком случае, не более, чем необходимо. Они нас не били, сэр, да и не собирались.

— Куда им, ведь ты со своими рыцарями был поблизости, — проворчал возчик.

Сэр Марис кивнул.

— Итак, я выполнил свое обещание. Но вы, небось, перепугались?

— Ужасно, сэр, хоть я и знаю их с колыбелей, — женщина содрогнулась. — Они превратились в сущих головорезов. А все воровство, ради которого они подались в леса! Хотя, по правде говоря, я их совсем не боялась, разве что чернявого негодяя, который зовется Бором; он ведь не из нашей деревни.

— Что он натворил? — рявкнул сэр Марис.

— Ничего, — медленно проговорил возчик. — Натворить-то он ничего не натворил.