Однако Путеискатель не поддавался влиянию отвлекающих факторов. Дун без колебаний шел вперед, и Бен, проследив траекторию пути, попробовал вспомнить, в какую сторону выходил зев пещеры.

Вот он сбросил офицера с лестницы и под крик Радулеску толкнул большой камень, закрывая тем самым вход. Затем на грани паники Бен бросился в ночь, спотыкаясь во тьме о камни и налетая на кусты… И кажется, океан находился слева от него…

— Здесь, — внезапно сказал Дун.

Он остановился перед холмом, который ничем не отличался от других. Подойдя к валуну, лежавшему на склоне, барон коснулся камня кончиком меча. Бен увидел, что клинок сильно вибрирует.

«Неужели здесь?» — изумленно прошептал он себе под нос. Бен не узнавал этот холм. Но выбор Путеискателя можно было проверить на деле. Сбросив со спины котомку, он крикнул остальным:

— Помогите мне поднять этот край глыбы.

Какое-то чувство подсказало ему, что они действительно пришли к пещере. Он хотел ухватиться за камень, но Индосуар коснулся его плеча:

— Подожди!

Маг поднял обе руки и положил кончики пальцев на валун. Постояв с закрытыми глазами, он отступил и посмотрел на своего помощника. Тот молча кивнул.

— Я не чувствую охранной магии. Можете поднимать этот камень.

Бен, Марк и Хьюберт с трудом приподняли глыбу и поставили ее на ребро. Сомнения Бена исчезли. Перед ними зиял темный треугольник входа.

Дун, вытянув руку с мечом, с минуту смотрел на открывшийся проем, затем отступил на шаг и с удовлетворением кивнул.

— Светильники, — велел он Ариан.

Девушка достала из котомки семь факелов Прежнего мира и раздала шесть из них мужчинам. Лампы отличались формой от того светильника, который Бен видел у Радулеску. К небольшим блестящим чашечкам крепились самодельные ремни. Дун показал своим людям, что их можно укрепить на голове. В этом случае светильники располагались на лбу, и обе руки оставались свободными.

— Мы должны благодарить за это наших колдунов. Индосуар, ваши годы подготовки не пропали даром. — Барон закрепил ремни светильника на голове и продемонстрировал его функции. — Если нажать сюда, то зажжется свет. Если нажать еще раз, он погаснет. Вращая эту рукоятку, вы можете усиливать или уменьшать яркость света. А эта ручка превращает сияние в тонкий луч. Обратный поворот расширяет его и рассеивает свет по сторонам.

— Как долго они могут гореть? — спросил Хьюберт, зачарованно разглядывая свой светильник.

Бен понял, что солдат еще не видел ничего подобного. Дун пожал плечами.

— Эти предметы стары как мир. Я думаю, они будут гореть до его окончания, так что можете без страха пользоваться ими.

Когда Бен спустился по лестнице, с его плеч упало тяжелое бремя вины. При ярком свете нескольких ламп он увидел на полу только капли старого воска. Скелетов не было, как не было и никаких следов, оставшихся от тех шести мужчин, которых он закрыл в пещере. Воспоминания о побеге вернулись к нему с необычайной ясностью. Здесь все выглядело таким, как прежде, когда он разглядывал пещеру при свете свечей и бездымного факела Радулеску.

Индосуар, постояв у отверстия в полу, повернулся к барону и сообщил, что не обнаружил охранной магии.

— Она есть, но гораздо ниже. Магия пропитывает землю глубоко под нами.

— И что это означает? — спросил Дун.

— Я думаю, внизу находится какой-то механизм, — со вздохом ответил маг. — Что-то удивительно большое.

— И это все, что вы можете нам сказать?

Индосуар обиженно выпятил губу.

— Там технология Прежнего мира! Кто из нас способен говорить о ней?

— А эта магия, которую вы почувствовали… Вы можете справиться с ней, когда мы достигнем ее пределов?

Колдун помолчал какое-то время, собираясь с мыслями и оценивая собственные силы. Затем посмотрел на помощника и твердо ответил:

— Да, я с ней справлюсь.

— Тогда поступим так, — сказал Дун. — Сначала убедимся, что сможем сдвинуть этот камень, когда вернемся из сокровищницы.

Он быстро поднялся по изогнутой лестнице и осмотрел валун. Бен уже объяснил ему, как он захлопнул эту дверь. Барон огорченно вздохнул. Он сердито поглядел на камень, словно тот чем-то обидел его.

— Бен, у меня к тебе вопрос. Время от времени жрецы должны приходить сюда с инспекционной проверкой и проводить инвентаризацию сокровищ, верно?

— Мне кажется, должны, — ответил Бен, поднявшись к нему по ступеням. — Но я не слышал ни о чем подобном.

— Значит, ты утверждаешь, что камень нельзя поднять изнутри? Если бы тот офицер мог сделать это, то он бы вышел из пещеры и погнался за тобой. Разве не так?

— Лично я не смог бы поднять валун, даже если бы от этого зависела моя жизнь, — сказал Бен. — К выходу может подойти только один человек, потому что на лестничной площадке мало места.

— Я сомневаюсь, что жрецы оставляют вход открытым, когда входят сюда. И не думаю, что снаружи их ожидают рабы, которые по сигналу поднимают камень. — Дун озабоченно вздохнул. — Возможно, спустившись вниз, мы найдем какой-нибудь другой путь оттуда. Однако большой уверенности в этом нет. У нас имеются инструменты для резки камня… — Взглянув на валун, барон покачал головой и повернулся к колдуну: — Индосуар? Я знаю, мы договорились не оставлять после себя следов магии — во всяком случае так близко от входа. Но было бы глупо запирать отряд в пещере — тем более что нам неизвестны другие пути отхода.