Маленький Бизон был в школе необычайно понятливым учеником. Я полностью разделяю его мнение, что букварь, подаренный ему Фредом Уистлером, произвел на него исключительное впечатление и пробудил в нем необычайную жажду знаний. (Заметим в скобках, что своего друга, Фреда, Маленький Бизон никогда в жизни больше не встречал. )

Со времени его обучения в школе для индейцев в Карлисле сохранился документ: аттестат с отметками, выданный ему по случаю окончания школы. Из аттестата явствует, что Маленький Бизон был не только одним из лучших учеников, но и принимал также очень активное участие в общественной и спортивной жизни своего учебного заведения. Он играл на кларнете и принадлежал к прославленному в восточных штатах ученическому индейскому оркестру. Он считался выдающимся игроком и в футбол, а также был капитаном школьной команды по конному спорту. Дискуссионно-риторический клуб в Карлисле избрал его своим председателем. Он выдвигался в любом деле, в котором участвовал.

Вступая на «тропу белого человека», он, однако, не терял своих врожденных благородных черт индейца. Однажды, когда он учился в Карлисле, некая богатая молодая американка, Алиса Фут, заблудилась во время прогулки в горах Тускарора, в Пенсильвании, и пропала без вести. Поиски спасательных команд, высланных ей на помощь, ни к чему не привели. Дело получило широкую огласку во всей Северной Америке. Дальнейшие поиски были признаны бессмысленными. И вдруг кому-то пришло в голову послать на розыски старших учеников из индейской школы в Карлисле. Индейские мальчики рассыпались по горам Тускарора. Маленький Бизон вскоре напал на след пропавшей, нашел ее и спас от верной смерти. Вся американская печать подняла большой трезвон, расточая похвалы по адресу юного индейца.

Нет сомнения, что молва об этом событии и хорошие успехи Маленького Бизона в школе в Карлисле проложили ему путь к высшему учебному заведению — Военной школе Сент-Джонс, в штате Нью-Йорк. Среди студентов он был единственным индейцем. Маленький Бизон успешно закончил и это военизированное общеобразовательное учебное заведение. Однако, когда он вернулся в свою резервацию после сдачи заключительных экзаменов, родители подметили в нем какое-то скрытое раздражение.

— Идти с белыми людьми по тропе цивилизации — это беспрерывное унижение для индейца! — говорил он близким друзьям.

Но Маленький Бизон был упорен: он собрал в кулак всю свою волю и решительно пошел вперед по избранной им дороге. Незадолго до первой мировой войны президент Соединенных Штатов Вильсон допустил его, в виде особого исключения, в качестве кадета в известную государственную военную школу в Уэст-Пойнте. В эту школу имели доступ только самые способные из молодых американцев, и никогда — ни до этого, ни позже — там не учился ни один индеец или негр.

Разразилась первая мировая война. Маленькому Бизону пришлось прервать занятия в Уэст-Пойнте. Великобритания уже воевала (Соединенные Штаты вступили в войну значительно позже, в 1917 году), и Маленький Бизон добровольцем вступил в канадские войска. Трижды раненный во Франции, дважды награжденный орденами за боевые заслуги, он кончил войну в чине капитана.

После войны, овеянный боевой славой, образованный, полный творческих замыслов, Маленький Бизон вернулся к своему племени. Он решил теперь посвятить свою жизнь делу подъема культурного уровня черноногих. Приехав в резервацию, он был поражен — настолько ужасно было материальное положение его сородичей, этих ранее свободных людей, которым были насильственно навязаны нечеловеческие условия существования. Не меньше ошеломили его также упадок духа и чувство безнадежности, царившие среди них. Прозябание в резервации совершенно лишило индейцев каких-либо надежд на будущее — вернее, лишило их желания жить. Белые победители, ограбив независимые индейские племена и отобрав у них земли, обещали кормить этих обездоленных людей, но на деле даже это условие не было соблюдено — индейцы в резервациях страшно голодали, погибали от истощения и болезней.

Маленький Бизон с присущей ему энергией пытался исправить эту несправедливость. Он стал напоминать о правах индейцев, но натолкнулся на стену враждебности со стороны тупых администраторов и бесчестных чиновников, «опекавших» индейцев. Маленький Бизон выдвигал перед властями разумные проекты, как лучше втянуть нас, племя черноногих, на путь цивилизации, но и здесь его постигла неудача. Политический режим, существовавший в стране, допускал и порой даже поддерживал выдвижение отдельных индейцев вроде Маленького Бизона из серой массы населения резерваций. Но власти вовсе не собирались создавать для всех индейцев такие же условия жизни, в которых находились их белые сограждане.

Неудача не обескуражила Маленького Бизона. Не добившись ничего прямыми требованиями к правительству о выполнении заключенных с индейцами договоров, он перешел к косвенным формам борьбы, рассчитанным на дальний прицел. Английским языком он владел, как природный англичанин, перо у него было искусное и острое, — он начал писать статьи в канадские и американские газеты. Он рисовал перед общественностью обеих стран картину тяжелой жизни индейцев в резервациях и звал читателей прийти на помощь этим обездоленным людям.

Успех статей поощрил его к публичным выступлениям — лекциям и докладам. Он читал их очень много, и в самых различных слоях общества. Он умел найти доступ к сердцу простого человека, умел убедить самых предубежденных слушателей. Заграничные институты приглашали его сотрудничать с ними.

Его выступления приобрели большую популярность, но они выходили, к сожалению, из рамок описанной выше и явно бесплодной теории. Его проповедь не достигала основной цели — изменения уклада жизни в резервациях. По-прежнему резервации окружала сплошная стена пренебрежения, недоброжелательства и злой воли.