– Вы в последнее время не замечали в клинике ничего странного? Как оформляются истории болезни? Какие помещения держат закрытыми?

Медсестра дышала тяжело, с хрипом, но тем не менее она нашла в себе силы покачать головой:

– Кто бы вы ни были, меня вам не запугать. Знаете, чем можно меня запугать? Только угрозой потерять эту работу. Потому что у меня двое детей и муж, который без работы уже целых полгода И ничем больше. Я ничего не скажу!

– Если ты умрешь, – прорычала Вики, с трудом сдерживая рвущийся на свободу голод, – тогда уж точно не сможешь работать и содержать свою семью.

– Возможно, вы и несете смерть другим, скорее всего, так и есть... – Слова давались медсестре с трудом, пот градом катился по лицу. Страх все-таки взял над ней верх. – Да, я это вижу, – продолжила она, едва ворочая языком, – но кто бы вы ни были, меня вы не убьете!

– А ведь она права, – мягко заметил вампир, восхищенный силой духа этой женщины в белом халате, которая дала ей возможность бороться со смертельным страхом. – Она уверена, что ты не отнимешь ее жизнь без основательных к тому причин. Тебя просто провоцируют!

Вики чувствовала себя определенно не в своей тарелке: ее ощущения балансировали на грани между злостью и смущением.

– Это ни о чем не говорит! Я не становлюсь от этого слабее. – И она погрозила Генри сжатым кулаком.

Удивившись еще более, но решив не подавать вида, Фицрой шагнул вперед.

– Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть. Просто отдал должное потрясающей стойкости этой дамы. Может, позволишь мне...

– Нет!

Эта смертная принадлежала ей. И ей наплевать сейчас на Генри. Прищурившись, Вики пробормотала:

– Наверное, чертовски выгодная работа, если ты больше смерти боишься ее потерять!

– Да... в общем.

– В общем. – Вики холодно улыбнулась. – За ту зарплату, которую здесь платят, я бы тоже согласилась не замечать кое-какие странные обстоятельства.

– Послушайте! В мои обязанности входит уход за пациентами, и только! А я это делаю очень хорошо. Что бы ни происходило за моей спиной, меня это не касается!

– Ну разумеется. Что ж, мы славно поболтали. А теперь вы забудете, что когда-нибудь видели нас.

Губы женщины растянулись в улыбке.

– Все было просто замечательно.

– Майк здесь!

Перед ними была железная дверь, на которой висела табличка: "Котельная".

– Уверена?

Вики бросила на вампира презрительный взгляд и, открыв сумку, стала рыться в ней в поисках отмычки.

– Послушай, Вики. По моим ощущениям в клинике сейчас около десятка людей. Судя по пульсу, большинство из них находятся под действием сильных успокоительных. В таком состоянии они и на людей-то мало похожи. Почему ты так уверена, что Селуччи среди них?

– Я всяко знаю его лучше, чем ты, – процедила она, доставая две самые крупные отмычки.

– Понимаю. И ты очень хочешь его найти. По какой причине можешь выдавать желаемое за действительность. Не мне тебе об этом напоминать, но мы ведь даже не знаем, приходил он сюда или нет! Да и из медсестры ничего толком вытянуть не удалось. Возможно, мы даром теряем здесь время.

– Никогда нельзя сказать наверняка, пока сам не удостоверишься.

Наконец замок поддался. Дверь отворилась, и они оказались в небольшом холле. Впереди был короткий коридор, заканчивающийся двумя одинаковыми дверями. За одной из них находилась котельная.

Другая дверь вела в помещение, которое на первый взгляд выглядело как обычная больничная палата. Обычная, если не считать единственного маленького окошка под самым потолком да звуконепроницаемых стен. Они не сразу заметили тело, безжизненно распластавшееся на стоящей у стены кровати. Вики застыла в дверях, не отрывая от него взгляда. Казалось, весь мир вихрем закрутился вокруг нее, и каждая его разрозненная частица отчаянно металась в поиске причитающегося только ей одной места.

Все лицо Селуччи было покрыто кровоподтеками. Кровь запеклась в уголке губ, кулаки разбиты, одежда порвана. Его били. Сердце билось куда медленнее, чем обычно. Наркотики! Их запах явственно ощущался в воздухе. Руки и ноги Майка перехватывали широкие кожаные ремни. Детектив был намертво прикручен к койке.

Вики с трудом поборола в себе желание сломя голову броситься к нему, освободить, обнять, унести подальше от этого проклятого места. Но пока все вокруг было спокойно, и ради него самого следовало сначала выяснить, что же с ним сделали. К тому же у него могли быть переломы, уж не говоря о еще более серьезных травмах. Совладав со своими чувствами, Вики медленно подошла к койке и принялась осторожно освобождать его от пут. Позже она даст выход своей силе. И, несомненно, кто-то за содеянное поплатится.