Отряхнув пояс от пыли и грязи, Дилвиш повернулся к статуе.

– Вот он, о Каболус! Я возвращаю твой пояс. Буду тебе премного благодарен, если отзовешь чудовище из другого измерения и избавишь меня от возможности лицезреть его. Извини, что мои руки нечисты, но так уж вышло.

С поклоном Дилвиш опоясал статую. Свет вблизи поблек, и грубые формы статуи казались более естественными, пускай и менее человеческими. Воин отошел назад, завидев, как в глазах и над поднятой рукой бога зажглись огоньки.

– Прекрасная работа! – донесся голос позади него. Обернувшись, Дилвиш увидел неясную фигуру жреца. Левый глаз знакомца был закрыт, а на лбу виднелся шрам. Жрец тяжело склонился на посох.

– Астральный бой ничуть не легче обычного, – заметил Дилвиш.

– Видел бы ты другого, – ответил тот. – Ты потрудился на славу, странник, – жрец указал на лагерь, – великолепное жертвоприношение во славу старого Каболуса.

– Причина этого скорее светская, чем духовная, – произнес Дилвиш.

– И все же, и все же… – улыбнулся жрец, – твое деяние найдет благородный отклик. Теперь, когда баланс сил восстановлен, мы вскоре придем в Сульваран, где будет много крови, огня и добычи. Тебе полагается вознаграждение.

– Когда пояс вернулся на место, почему бы вам не отозвать войска и отправиться домой? Жрец недоуменно воззрился на него:

– Уверен, что ты шутишь. Они начали первыми, и им нужно преподать урок. Теперь наша очередь, они только этим и занимались всю жизнь. К тому же войска идут в бой, и если просто отправить их домой, то это вызовет недовольство. Нет, все будет именно так. Кстати, вскоре сюда прибудут наши, и ты можешь отправиться с ними. Сопровождать Каболуса не только почетно – ты по праву заслужил свою долю.

Блэк бесшумно подошел к ним и замер, вслушиваясь в разговор.

– Интересно, удалось ли ей найти цыплят? – спросил Блэк, оглядывая мертвую голову птицы.

– Спасибо за твое доброе предложение, – ответил Дилвиш тени жреца, – но предо мной лежит долгий путь, а я не хочу опаздывать. Я отказываюсь от своей доли. – Дилвиш вскочил в седло. – Доброй ночи, жрец.

– В таком случае твоя доля отойдет храму, – заметил жрец, улыбаясь. – Спокойной ночи, и да пребудет с тобой благословение Каболуса.

Дилвиш вздрогнул, а затем кивнул головой.

– Убираемся отсюда, – сказал он Блэку. – К черту сражения!

Блэк повернул к югу и углубился в лес, оставив на залитой кровью поляне сверкающую статую с поднятой правой рукой и жреца с подбитым глазом. Обезглавленная призрачная птица снова поднялась в воздух, а затем упала, истекая кровью, между костром и следами побоища. Вдалеке послышался топот приближающейся кавалерии.

Луна взошла выше, но тени теперь были четко очерченными и пустыми. Блэк опустил голову, и все вокруг растворилось в его бешеном галопе.

Вечером следующего дня на другой тропинке, ведущей через лес на юг, из кустов к ним выбежала молодая женщина.

– Добрый рыцарь, – закричала она, увидев Дилвиша, – мой любимый лежит раненый там, на холме. Нас недавно ограбили! Прошу вас, помогите ему!

– Блэк, остановись, – приказал Дилвиш – Ну в самом деле, – пробормотал еле слышно Блэк, – это одна из самых старинных уловок, описанных в книгах. Ты последуешь за ней, и из засады на тебя нападет парочка вооруженных бандитов. Если ты справишься с ними, то женщина вонзит тебе в спину нож. Об этом даже сложили баллады. Неужели за вчерашний день ты так ничему и не научился?!

Дилвиш глянул в заплаканные глаза женщины, приметил, как дрожат руки.

– Знаешь, она, возможно, говорит правду, – тихо сказал он.

– Молю вас, господин! Пожалуйста, быстрее!

– Тот первый жрец был по-своему прав, на мой взгляд, – заметил Блэк.

Дилвиш хлопнул его по металлическому плечу.

– Проклят, если сделаешь это, проклят, если нет, – сказал воин и спрыгнул с коня.