– Мам, ты только что проехала клинику мистера Нормана.

– Да, я знаю, – согласилась Элли. Теперь они были на Бордер-стрит и направлялись в сторону автострады № 380. – Каждое утро, просыпаясь, я говорю себе: «Сегодня я возьму себя в руки. Я буду поступать разумно», – говорю я, но вы-то все равно остаетесь: таинственная женщина, о которой никто ничего не знает, как раз в таких Джоэл и влюбляется. Бьюсь об заклад, что у вас к тому же прекрасный английский, не так ли?

– Вы все не так поняли, – запротестовала Делия, хотя ей и было противно. – Все не так, как вы...

Но Элли повернула на север, и Ной перебил ее, чтобы спросить:

– Мам? Куда ты едешь?

– В Истоне полно докторов, – ответила Элли.

– В Истоне? – хором удивились Ной и Делия.

– Ну, вы же не думали, что мы пойдем к доктору Норману. Он же лечит весь город! Никто бы не поверил, что я это сделала случайно.

– А мы не можем просто сказать ему, что это – не вы? – спросила Делия.

– Ха! Вы не знаете Бэй-Бороу так, как его знаю я. Там люди могут раздуть скандал из-за любой ерунды.

– Может, тогда заехать в аптеку, – предложила Делия. Ей стало не по себе. – Мне просто нужен бинт.

– О, Делия, Делия, – сказала Элли. – Вы такая наивная. Аптекарша наверняка будет какой-нибудь выпускницей Андервуда, которой захочется тут же всем об этом растрезвонить. «Только подумайте! – передразнила она. – Покинутая жена мистера Миллера пыталась убить его подружку!»

– Я – не его...

– Готова поспорить, вы никогда не говорите «делиться», правда?

– Делиться?

– Как в разговорной речи. «Такой-то поделился со мной своими чувствами». Джоэл скрежетал зубами, когда я так говорила. И еще у него была привычка вставлять ремарки по поводу глаголов, которые я употребляю. «Наслаждаться чем?» – спрашивал он меня. Или: «Заботиться о ком? Почему ты не заканчиваешь предложения, Элли?»

Делия смотрела на заваленное разбитыми машинами поле, которое они проезжали. Ной сзади сидел тихо.

– Забавно, как мужчины всегда заранее боятся, что брак станет для них ловушкой, – сетовала Элли. – Женщины об этом не думают. Это потом приходит. На всю жизнь! В ловушке! Запертая с мужчиной, который не разрешает говорить слово «покровительственный». Элли затормозила, подъехав к светофору на автостраде № 50. И в ожидании зеленого сигнала начала рыться в сумочке.

– У вас есть наличные деньги? – спросила она Делию. – Я не хочу выписывать чек. Даже в Истоне, если мое имя узнают, это будет бомба.

Она сумасшедшая. До этого Делия могла смотреть на вещи с позиции Элли, даже симпатизировала ей. Но теперь чувствовала панику. И к тому же порез начал болеть. Она представила, как он расползается и превращается в шрам.

Надо будет сбежать, как только удастся безопасно забрать Ноя с заднего сиденья. Может быть, когда они приедут к врачу. Если приедут к врачу, потому что красный свет все не переключался, и они все стояли на месте. «Зеленый свет, зеленый свет». Она нагнулась вперед, как будто от этого машина могла скорее тронуться с места.

Элли неправильно ее поняла, сказала: «Ой, извините» – и сняла ногу с педали тормоза. Машина выехала на автостраду, и грузовик с топливом, дико сигналя, объехал ее по встречной полосе. Элли завопила. Делия была слишком напугана, чтобы кричать. Они вывернули на обочину и, перед тем как остановиться, проехали по полосе сухой травы.

– Я думала, ты сказала, что свет – зеленый! – голосила Элли.

– Я только хотела сказать... о боже. – Делия повернулась назад, чтобы проверить, как там Ной. – Ты в порядке? – спросила она.

Мальчик сглотнул и потом кивнул.

Делия тайком, чтобы не упустить шанс, дотянулась до дверной ручки. Плавно потянула ее вниз и на дюйм приоткрыла дверцу. Потом закричала: «Ной! Быстро!» – и выпрыгнула из машины, одновременно отбрасывая сиденье вперед, чтобы Ной мог выбраться. К счастью, он так и сделал. У него были хорошие рефлексы. Подросток почти свалился ей на голову, потому что Делия умудрилась упасть в какую-то ямку, незаметную из-за примятой травы. Правая лодыжка подвернулась, и Ной повис у нее на плече, к тому же к голове у нее все еще была прижата футболка, но, по крайней мере, они были в безопасности.

Элли тем временем открыла свою дверь, из-за чего еще один проезжавший грузовик принялся сигналить. Звук гудка болью пронзил грудь Делии. Сердце дрогнуло, как будто только сейчас до нее дошло, что они в опасности. Они же выехали на красный свет! Выехали на запрещающий сигнал, на высокоскоростное шоссе, даже не посмотрев по сторонам! При воспоминании об этом она похолодела, представив, что бы от нее осталось, если бы грузовики не смогли свернуть.

– Мы могли погибнуть! – закричала она, а Элли, бросаясь к ней, ответила: