Так как же надо оценивать роль масонов в России в те годы, предшествовавшие первой мировой войне. Русскому общественному мнению в начале XX века масоны представлялись чудаками, поглощенными архаичными и безобидными обрядами. Едва ли к ним могли серьезно относиться. Да и возрождение масонских лож, братств и орденов после революции 1905 года выглядело как еще одно эксцентричное бегство от свирепой действительности. Обстоятельства основания лож « Северная звезда», « Возрождение» и других носили определенно комический характер, не говоря уже о том, что охранка прекрасно знала о происходившем и даже попыталась завести полицейское масонство. Понаслышавшись, что богиню справедливости Астрею весьма почитали масоны, полицейские интеллектуалы основали для легковерных лжеложу «Астрея «. Затея провалилась. Но охранка все же преуспела, использовав других лиц.

Движение масонов в это время было связано с именами петербургского адвоката М. С. Маргулиеса и пресловутого князя Д.О. Бебутова. Изрядно потасканный, преждевременно постаревший в великосветских салонах фат Бебутов с возникновения партии кадетов предложил ей свои услуги, вознамерившись пройти в Центральный комитет КД. Прослышав, что кадеты носятся с проектом создания партийного клуба, он со слащавой кавказской обходительностью навязал 10 тысяч рублей. Великие либералы остолбенели — князь жертвовал на алтарь свободы немалую по тем временам сумму. Откуда деньги? Острословы раскинули умом и решили: наверное украл у своей богатой жены, за что изгнан из дома и отныне свободен отдаться партии. На том и порешили. Деньги пустили в дело, и одиннадцать лет лидеры кадетов вели душевные разговоры в клубе, основанном на бебутовские рубли. За князем значилась масса лихих поступков в эти годы. То, что он самовлюбленный дурак, было видно невооруженным взглядом, как не вызывала сомнений его неслыханная политическая дерзость. Бебутов со смаком ругал царя, издал за границей и привез в Россию альбом злых карикатур на Николая II, украсил ими свою квартиру, продолжал жертвовать на «общее дело» и прочее. «Дураку счастье», – разводили руками кадетские мудрецы. Они все же не взяли Бебутова в ЦК партии, успокоив его местом депутата в Думе от кадетов.

После февральской революции все стало на свои места: выяснилось, что князь был агентом охранки, щедро ссужавшей его деньгами, на которые, помимо прочего, был основан кадетский «клуб. Бебутов не выдержал разоблачений, старика хватил удар, и его не стало.

Авантюрная история предприимчивого кавказского князя имеет прямое отношение к нашему рассказу. В разгар своей деятельности Бебутов соблазнял кадетов и перспективами, которые откроет перед ними масонство. Он не преуспел, ибо П.Н. Милюков, внешне сущий прусский генерал в штатском, еще отличался складом ума холодным и рассудительным. На все предложения, и не только Бебутова, завести еще масонскую ложу он, посверкивая пенсне, отвечал просто и внушительно: «Пожалуйста, без мистики, господа!» Узнав о заключении приват-доцента, благосклонно реагировавшего на обращение « профессор», великие умы в охранке, все же уважавшие ученость, решили, что масонство – пустой номер и потеряли к нему на несколько лет всякий интерес, как и сам Милюков, который не терпел таинственного в рациональный век, каким обещало быть XX столетие.

Промахнулись как сыск (правда, на время), казалось бы, по долгу службы обязанный знать человеческую натуру, так и знаток отечественной истории (этот до старости), по профессиональной потребности витавший в заоблачных высотах абстрактных доктрин. Масоны на Руси водились давно, по крайней мере с XVIII века, но только уроки революции 1905 года повелительно заставили их выползти из кокона мистики и оккультных благоглупостей, снять апокрифические фартуки и влезть в поли– тику с черного входа. По простой и понятной им, людям обычно состоятельным, причине: самодержавие зашаталось.

Наследием революции было возникновение и легализация буржуазных партий, в первую очередь конституционалистов-демократов ( пресловутых «кадетов»), именовавшихся еще партией «народной свободы», и «Союза 17 октября» или «октябристов». Масон высоких градусов профессор М.М. Ковалевский, один из отцов-основателей партии кадетов, после отпора П.Н. Милюкова не опустил руки. Он принялся укреплять и расширять масонское ядро в самой партии, опираясь на зарубежье, а сам был введен в масонскую ложу во Франции еще в конце XIX века.

Хлопотами Ковалевского в Париже с сопутствующим масонским сборищам ритуалом А.В. Амфитеатров, В.О. Ключевский, А.С. Трачевский, Е. Аничков и другие были приняты в ложу «Космос», а Вас.И. Немирович-Данченко, известнейший писатель и публицист, вошел в ложу «Гора Синай». Эти люди считались, тогда цветом русской интеллигенции. Адвокат Е.И. Кедрин, став членом французской ложи «Великий Восток», решил, что отныне он причастен к чему-то великому и превратился в яростного пропагандиста масонства в России, на радость и потеху черносотенным дубогрызам. Разумеется, такие крупные ученые, как историк П.Е. Щеголев, Н.П. Павлов-Сильванский и ряд других, о своем членстве в масонских ложах помалкивали.

Посвящение иных лиц в масоны, главным образом усилиями Ковалевского, нередко имело комические стороны. Н.Н. Берберова не без яда написала: « Хотя Ковалевский и захватил из Парижа и перчатки свои, и передник, и, вероятно, некоторые другие предметы, необходимые для ритуалов, этого было недостаточно. Очень скоро два «брата» из Французского Великого Востока приехали за ним и помогли ему устроить «храм « по всем правилам и посвятить кое-кого из общих ближайших друзей в тайное общество, сначала в первую степень (1°), а затем, учитывая заслуги некоторых из них ( поименованных выше) перед французским масонством, через неделю перевести их всех в 3-ю, а некоторых – еще стремительнее – в 18-ю степень. М.С. Маргулиеса, известного в Петербурге молодого адвоката, они посвятили в самом здании тюрьмы, где Маргулиес отбывал срок за свои (в 1905 г.) революционные проступки ( впрочем, весьма умеренные). Так, в камере «Крестов», в передниках, с молотками в руках Великие Мастера провели церемонию посвящения на глазах у, вероятно, совершенно обалдевших от этого зрелища, сторожей. Тут же, немедленно, с еще большей торжественностью Мануил Сергеевич был возведен в 18-ю степень «.

Ленинградский исследователь этих бурных лет нашей Родины советский историк профессор В.И. Старцев проследил определенную динамику масонской подпольной работы в 1906-1909 годах: «тяга к масонству возросла». Но как раз на это время приходится взрыв интереса охранки к французским связям русских масонов. По мнению Старцева, охранка, используя агентов-французов, попыталась «выведать имена русских масонов…» Это привело к тому, что в 1909 году работа лож практически стала невозможной, и поставило их членов на грань ареста. Принято считать, что в декабре 1909 года ложи в России, связанные с «Великим Востоком Франции», объявили о «самоуспении», то есть самороспуске.