Знает им цену и ученая дама Монти. Рубен отправляется потолковать с ней на предмет, чтобы остатки планктона выпустить в следующий раз, и тут происходит то, что пилоты предотвратить не в силах.

Из-под воды ударяет паром, прямо в пузо «Нырка», амфибия делает немыслимый прыжок вперед и почему-то вбок, падает на поплавки, как кошка на лапы, гигантский гейзер-фонтан накрывает ее… Что это было – не имеет никакого значения, плавучесть и остойчивость агрегата выручают их, первую минуту оба пилота тратят на то, чтобы убедиться, все ли на месте и все ли живы. Утопить научного руководителя экспедиции – после этого на базу можно не возвращаться.

Нет, никого не потеряли. На всех четверых, строго по инструкции, поверх курток надеты ярко-оранжевые спасательные жилеты. Надуваются они при падении за борт, и тогда же начинают пищать: что и произошло. Пока Брюс сливает из салона воду, а из цистерн остатки планктона – наплевать на соли свинца, плавучесть важнее, остальные заняты отключением спассредств.

– Ничего, – говорит, поднимаясь, миз Монти. – Бывало и еще веселей. Правда, тогда я была несколько моложе.

У нее прокушена губа, при толчке ее бросило на пол. Мари вроде бы в порядке. По ней не поймешь, но – молчит, вцепившись в борт. Рубен наклоняется к ней:

– Вы как?

Прежде чем ответить, она сглатывает комок. Судя по всему, у нее легкий шок. Рубен опускается рядом на корточки, встряхивает ее за плечо, только тогда она оборачивается к нему. Истерики нет, уже счастье. Обойдемся, значит, без пощечин.

– Каверна, – говорит ученая дама. – Под ней, по всей видимости, вулкан. Вулкан нагревает полость с водой, давление в ней возрастает. Взятие керна ослабило свод, и вот, пробило. Это, – тут голос ее звучит слабее, – если мы уговорились держаться в рамках естественных причин…

Зыбь становится некомфортной, на гребнях волн появляется пена.

– Твоя молодец, – говорит Рубен.

– Моя?… А!

– Женщину нужно хвалить, даже если тебе кажется, что она всего-навсего делает то, что должна. Так будет лучше для вас обоих.

Нашел время мораль читать!

– Надо убираться отсюда, – говорит Брюс, и все с ним согласны. Если под нами в самом деле вулкан, возможно, это только первая клизма. Пилот поднимает складной верх, чтобы обезопасить пассажиров от другого фонтана, буде придет, и запускает двигатель.

– О, черт! – это шепотом, и Рубен наклоняется к панели через плечо сына.

– Что?

– Гляди. Ну и что теперь?

Рубен морщит лоб и вполголоса поминает добрым словом совхозную технику. Если верить навигационному монитору, мы уже на Северном полюсе, и потому верить ему нельзя. Ерундовое дело, датчик запал, согласно ему мы движемся с постоянным ускорением, и прибор беспорядочно крутит карту под крестиком, который обозначает нас.

– Радиокомпас?

– Нет его. И КГС тоже.

Угу, это знакомо. Радиосвязь здесь вообще дурная, а как мы начали играть с атмосферой, стала еще более непредсказуемой. Дымка затянула небо, крошечного белого солнца вовсе не видать. Звезд, когда стемнеет, тоже не будет.

– Ну… и куда лететь?

Автопилота, разумеется, тоже нет, он на навигацию завязан. Рубен думает, постукивая себя по подбородку сжатым кулаком.

Подняться в воздух и болтаться там, сколько хватит топлива, а после плюхнуться на воду, и пускай носит… пока бурей не разобьет? Как-то оно безрадостно.

– Выключай навигацию на фиг, – решается он.

– Выключил. Дальше?

Рубен снова замолкает, размышляя – не пересесть ли ему в левое кресло. Нет. Он может ошибаться. Если интуиция его подведет, у Брюса должен быть шанс.

– Взлетай.

– Но… куда?

– Просто сиди и делай вид, что управляешь, понял? – это шепотом, на ухо. – Я хочу проверить одну… эээ… заморочку. Если не проканает, хуже все равно не будет. Молчи. Увидишь, что что-то не так… я имею в виду, реально не так, у тебя хватит ума, чтобы понять… тогда вмешивайся, не раньше. Смотри на «Нырок», на меня не смотри. Нечего на меня смотреть.

– Ты будешь Нырок? Я думал, тебе для этого надо… ну…

– Умереть? Тс-с-с. Похоже, тут важен навык.

Эк ему все просто! Как смотреть в счастливые глаза мальчишки, у которого самый чудесный в мире отец? Когда у тебя нет любви, ее и не надо. Но уж если есть… гордость ревет в груди, душа переполняет тело… тебе напомнили, кто ты есть… вверх! В каком-то смысле так даже лучше.

Тут, наверху господствуют ветра. Размышляя, Нырок делает круг. Назгулу в свое время тоже лучше думалось на ходу.