Амелия понимала, что положение ее далеко не безопасно. Даже если не учитывать того, что ее могли хватиться в любую минуту и отправиться в погоню, и уже тогда с великаном-ирландцем ей точно не справиться, одинокая женщина на дороге представляла собой легкую добычу для всякого встречного. К тому же у нее не было ни гроша. Она надеялась лишь на то, что найдет приличный постоялый двор, где бы ее приняли, поверив в то, что она оплатит свой долг позже.

Прошло уже около получаса с тех пор, как ей удалось сбежать, и с каждой минутой пути ей все меньше верилось в то, что она найдет помощь. Дорога больше походила на проселочную, чем на торную, ведущую в столицу. Дождь, темнота, усталость замедляли ее движение, так что за это время она едва успела пройти милю, а ноги уже болели невыносимо. И она не увидела ничего напоминавшего о человеческом жилье, – ни дома, ни амбара, ни хлева – ничего.

Дождь насквозь промочил одеяло и рубашку. Ночь была не особенно холодной, но в мокром одеянии необходимо было двигаться, чтобы не замерзнуть окончательно, и она продолжала идти, уговаривая себя, что только так сможет избежать простуды.

Прошло еще несколько минут, как вдруг она подумала о том, что могла все это время идти не в том направлении. Будь небо более ясным, она смогла бы сориентироваться по звездам, поскольку неплохо знала астрономию. Но сейчас она полагалась только на интуицию и надеялась, что не ошиблась, решив, что карета повернула налево. Сомнение в правильности выбранного пути лишь усилило тревогу. Она оглянулась, окинув взглядом пройденный путь. Теперь за пеленой дождя было уже не разглядеть даже далекого огонька – света в окнах дома, что она покинула. Будь неладен этот дождь...

Но что это? У нее начались слуховые галлюцинации, или она действительно слышит стук копыт?

Ирландец! Она проворно нырнула в канаву у обочины. И тут же оказалась по колено в холодной воде. Она едва удержалась от того, чтобы не выругаться вслух, и продолжала идти.

Лошадь и всадник – высокий мужчина, но не настолько высокий, каким был ирландец. Тогда, наверное, это его помощник. Наверное, они разделились – один отправился искать ее в одну сторону, другой – в другую.

Могло быть и так. Но странник на дороге вполне мог оказаться просто прохожим – единственной ее реальной надеждой на помощь и спасение.

Пока ум ее лихорадочно решал, что делать, тело не желало мириться с тем невыносимым положением, в которое оно было загнано. Каким бы ни был высоким риск, она не должна упускать шанс на спасение. Но при первом намеке на опасность она решила бежать прочь изо всех сил.

– Эй, вы там!

Вначале ей показалось, что всадник ее не услышал, но уже через мгновение она заметила, что он натянул поводья, поворачивая коня в том направлении, где она находилась.

– Кто там? – Голос его звучал встревоженно и чуть хрипловато. – Кто вы?

– Я нуждаюсь в помощи. – Амелия распрямила спину, кутаясь в одеяло. Увы, она понимала, что представляет жалкое зрелище. Хотелось бы ей выглядеть получше в глазах этого человека. Впрочем, самого всадника она рассмотреть не могла – она видела лишь силуэт крупного мужчины верхом на массивном коне. Конь бил копытами, ему не терпелось продолжить путь.

Он подъехал поближе. Она заметила, что наездник он отменный.

– Что с тобой случилось, девушка? – Судя по голосу, он был удивлен. Акцент выдавал в нем американца.

Одно успокаивало – похититель или тот, кого послали за ней вдогонку, так бы себя не вел. Амелия вылезла из канавы на дорогу.

– Я сбежала от похитителей и должна как можно быстрее вернуться в Лондон.

– Похитители? – Он даже не пытался скрыть своего недоверия, но она не могла винить его в этом. Она бы и сама не поверила в такое.

Конь, которого сейчас она могла разглядеть достаточно ясно, был чернее ночи и явно волновался. Но Амелия не боялась лошадей. Даже таких норовистых.

– Я – принцесса Амелия из Акоры. Моя семья сейчас проживает в Лондоне. Если бы вы были настолько любезны...

– Принцесса, ни дать ни взять! – Мужчина рассмеялся. Этот смех показался ей оскорбительным, ибо никак не вязался с тем состоянием, в котором она находилась. – Надеюсь, это не одна из тех штучек, что выделывают цыгане с бедными путешественниками?

– О чем вы? Конечно, это не игра. Я нуждаюсь в помощи!

– Это вы так говорите.

Он окинул ее взглядом с головы до пят. При иных обстоятельствах она бы сочла такое разглядывание крайне оскорбительным. Ей пришлось подавить желание закутаться в одеяло еще плотнее. Но это не имело смысла.

– Уж больно вид у вас жалкий. Пожалуй, придется вам помочь, – признал он неохотно и, протянув ей руку, добавил: – Предупреждаю: если ты рассчитываешь меня облапошить, это не удастся. Знаем мы вас, цыганских трюкачей.

Еще ни разу никому не приходило в голову заподозрить ее в бесчестном поступке или даже в бесчестном намерении, но эта ночь была полна неприятных сюрпризов, и грубое обхождение американца вполне логично вписывалось в ряд произошедших с ней событий.

Поскольку она не откликнулась немедленно на его приглашение, он наклонился, обхватил ее за талию одной рукой, легко, как пушинку, поднял с земли и усадил на коня перед собой. Он словно и не почувствовал ее веса. И это ее озадачило, поскольку Амелия не относила себя к хрупким барышням. Напротив, она была на несколько дюймов выше большинства представительниц своего пола, и постоянные занятия спортом сделали ее тело мускулистым и крепким, а значит, тяжелым. Но, похоже, все это не имело значения для мужчины, который усадил ее рядом с собой не только удивительно легко, но и с поразительной фамильярностью.