Эбби потребовалась вся ее выдержка, чтобы не отвести взгляд. Она сделала несколько шагов и оказалась в центре комнаты, но чувствовала себя так, словно стояла на середине сцены. Возбуждение все сильнее охватывало ее. Она была почти на грани. Еще чуть-чуть сильнее прижать бедра друг к другу, и она кончит… или грохнется в обморок!

Наклонившись, Эбби подняла с пола чулок, потом пододвинула к себе стул и, опершись на него, неуверенно взглянула на Зана.

– Распусти волосы.

Она расстегнула заколку, которая удерживала кое-как уложенный пучок.

– Если бы я знала, что мне сегодня в моем будуаре придется развлекать клиента с такими запросами, я бы уложила волосы намного лучше, – сообщила она.

– Ничего, сойдет и так.

Эбби опустилась на стул, изящно приподняла ногу и взяла чулок.

– Лицом ко мне! – скомандовал Зан. – Раздвинь ноги: я хочу все видеть. Пусть очаровательные складки розового бутона откроются для моих глаз.

Эбби медленно развела колени, ее лицо горело… Опустившись перед ней на колени, Зан стал ласкать себя.

– Разведи ноги шире!

Она раскрылась, высоко задрав ногу и натягивая на нее чулок.

– Теперь клади эту ногу мне на плечо.

Эбби заколебалась, и тогда, схватив ее ногу своей большой теплой рукой, Зан запечатлел горячий и жадный поцелуй в самом чувственном месте, заставив Эбби вздрогнуть и захихикать от щекотки. Потом он положил ногу на свое твердое мускулистое плечо, и Эбби ощутила, как струится его горячий пот сквозь тонкий нейлон рубашки.

Кончик его пальца скользнул между складок ее лона и начал описывать круги вокруг упругой, налитой точки клитора. Все ближе и ближе…

Откинувшись назад, Эбби застонала, и тут одним пальцем он глубоко вошел в нее, затем двумя… Пальцы задвигались вглубь и обратно, а в это время большой палец играл с клитором.

Эбби бросила взгляд вниз, туда, где его влажно блестевшие пальцы выскользнули из нее, потом снова ушли внутрь, и голова у нее пошла кругом. Все плыло перед ее глазами, как в горячечном бреду…

– Я не выдержу, – из последних сил выговорила она. – Я сейчас развалюсь на куски или отключусь.

– Выдержишь. – Зан продолжал орудовать пальцами. – Ты не развалишься, ты взорвешься!

Закинув голову назад, Эбби балансировала, сидя на стуле, закинув одну ногу ему на плечо, пришпиленная к месту его рукой, и ей казалось, что законы гравитации, перестав действовать, позволили ей падать в бесконечность…

– О, Зан, пожалуйста!

– Надень чулок.

Его голос доносился до нее словно откуда-то издалека, и Эбби стала медленно натягивать чулок на бедро.

Напряжение все больше нарастало, теперь застежки от подвязки не давались в руки, Зан не торопясь помог застегнуть, их. Его пальцы были влажными от ее сока.

Она огляделась по сторонам в поисках второго чулка, и Зан тоже оглядел комнату.

– Может, он на постели?

– Ты считаешь, что мне нужно встать и сходить за ним? – Эбби попыталась рассмеяться, но дыхания для смеха уже не хватило. – Понимаешь, я не могу ходить, я едва дышу…

Зан поднял ее на ноги и ткнул лицом в кровать.

– Встань на четвереньки, – приказал он. – Выгни спину так, чтобы задница глядела в потолок. Ищи этот чертов чулок, но не слишком торопись.

Эбби рухнула на четвереньки, и тут же его тень упала на нее сзади, а его руки легли ей на бедра и потом раздвинули их.

– Перестань, – попросила она, – я уже и так готова. Я вся твоя. Просто займись со мной любовью – любым способом, каким захочешь. Начинай же!

– Нет, не сейчас. Твоя щель сияет, и это самый прекрасный розовый цвет – как экзотический цветок из тропиков. Мне нравится, как выпячиваются эти розовые и малиновые края, и я не прочь полизать и пососать их. Ищи чулок, Эбби!

– О Господи, ну ты и урод! – огрызнулась она.

Ухватив ее зубами за ягодицу, Зан стискивал зубы до тех пор, пока боль не стала непереносимой, потом сразу же зализал ноющее место.

– Я просто ужасный садист. Все так говорят.

Эбби снова захотелось расхохотаться, но тут руки перестали ее держать, и она рухнула лицом на кровать, после чего, не глядя, стала рыться в куче нижнего белья.

Когда наконец она нашла черный чулок, его пальцы вновь раздвинули ее складки, проникли внутрь, продолжая свои изыскания. Она комкала чулок в руке, хныкала от каждой опытной ласки, задыхалась, теряя чувство пространства, пока Зан не перевернул ее на спину.

– Какая ты жаркая, – зашептал он. – А твои глаза! Зрачки такие огромные. Полночь навсегда. Так классно. Сейчас ты у меня расплавишься.