Он посмотрел на нас и улыбнулся.

– Тогда вы можете объявить о своем обручении, как только мы вернемся в Варнал. Конечно, если вы этого хотите.

– Конечно, мы этого хотим, - ответили мы с Шизалой в один голос, улыбаясь друг другу.

Оставалось только собрать совершенно растерявшихся и уже не сопротивлявшихся аргзунов, и мы решили, что Карнак, Шизала и я отправимся на самолете домой, оставив Черный город на попечении Моват Джарда, чтобы сделать поражение аргзунов менее горьким. Мы объявили, что Моват Джард будет там временным правителем, пока аргзуны и карналы не подпишут договор и в Аргзунии не состоятся выборы.

Понимая, что аргзуны оказались в этой ситуации из-за коварства Хоргул, мы обошлись с ними довольно мягко.

Попрощавшись на время с Моват Джардом, мы поднялись в самолет, и Карнак сел за пульт управления.

Он провел самолет по закоулкам и поворотам тоннеля прочь из пещеры. Мы пролетели над Оставленными Судьбой Землями, над лесом с приземистыми деревьями, широкой рекой и Алой равниной.

Путешествие заняло несколько дней, но мы провели их в разговорах о событиях прошлого и о планах на будущее.

Вскоре мы увидели вдали крыши Варнала.

Когда в городе узнали, кто прилетел, люди от радости обезумели. Нас встретила буря ликования. На следующий день должно было состояться обручение. Когда я отправился в свою комнату, меня переполняло счастье.

Но тут-то меня и подстерегало горе. Казалось, Судьба заставила меня пройти через все эти испытания, чтобы в последний момент, поманив вознаграждением, вырвать его из моих рук.

В ту ночь я пережил странное, но уже знакомое мне ощущение.

Я почувствовал, как мое тело разрывается на части, как я снова мчусь с поразительной скоростью через пространство и время. Потом это безумие закончилось, и я понял, что снова лежу. Я улыбнулся, уверенный, что видел сон. Тут я почувствовал, что на глаза упал свет: значит, настало утро моего обручения.

Я открыл глаза и увидел над собой улыбающееся лицо - лицо доктора Логана, моего главного ассистента в лаборатории на Земле.

– Логан!
– ахнул я.
– Где я? Что случилось?

– Не знаю, профессор, - сказал он.
– Ваше тело все покрыто шрамами. Но ваши мускулы, кажется, стали еще крепче. Как вы себя чувствуете?

– Что случилось?
– почти закричал я.

– Вы имеете в виду приемник? Ну, нам понадобилось часов семь, но мы разыскали вас на какой-то странной волне. Мы уже думали, что совсем вас потеряли, и тут нам все-таки повезло. Что-то случилось с транслятором. Помехи или еще что-то, не знаю.

Я вскочил и схватил его за воротник халата.

– Вы должны отправить меня назад! Слышите? Отправьте меня назад!

– Э, профессор, видно, ваши странствия были не очень-то легкими, - сказал один из техников.
– Хорошо, хоть живы остались. Мы работали семь часов, думали, вы уже погибли.

– Так и есть, - сказал я, ссутулившись. Я отпустил воротник халата Логана и посмотрел на аппарат. Он отправил меня в мир, где я оказался участником захватывающих событий и где я встретил прекрасную женщину. Но он же принес меня обратно в однообразие и скуку мира земного.

Меня упрятали в больницу и держали там несколько недель. Врачи и психологи не давали мне покоя, пытаясь выяснить, что же со мной произошло. Я был признан негодным для работы, и меня не подпускали даже близко к транслятору. Я несколько раз пытался добраться до него, но все мои попытки провалились. Наконец меня отправили в Европу в бессрочный отпуск.

И вот я здесь.

Вот что рассказал мне профессор Майкл Кейн, физик на Земле, воин на Марсе.

Поверьте ему, как поверил я, если хотите. Или не верьте - если можете.

Услышав историю Майкла Кейна, я попросил разрешения сделать две вещи.

Он спросил, какие.

– Позвольте мне опубликовать ваш замечательный рассказ, - попросил я, - чтобы весь мир мог судить о ясности вашего рассудка и о вашей правдивости.

Он пожал плечами.

– Боюсь, найдется очень мало людей, которые будут правы в своих суждениях.

– Но хотя бы они будут правы.

– Ну хорошо, а что еще?

– Прошу вас, позвольте мне помочь вам построить собственный транслятор вещества. Я дам вам денег. Можно это сделать?

– Да. Как-никак я изобретатель этого аппарата. Но для этого нужно очень много денег.

Я спросил, сколько. Он сказал. Это пробьет огромную брешь в моих средствах - сумма, названная Майклом Кейном, была гораздо больше той, что я мог себе позволить, но я не стал ему об этом говорить. Мне нужно было своей помощью доказать, что верю его рассказу.