Шрифт:
– Нисколько. В моем нынешнем состоянии это было бесполезно, – угрюмо буркнул больной, приоткрыв один глаз.
– Если вы что-нибудь съедите, то сможете выпить лекарство без неприятных последствий.
– Сомневаюсь, – безучастно отозвался он и повернулся лицом к стене.
Спустя час Синтия вошла в спальню с подносом, на котором стояла чашка теплого, свежесваренного куриного бульона, стакан соку и тарелочка с тостом.
– Если вы сможете выпить бульон, то потом я предложу вам омлет, – сказала она и поставила на кровать столик для завтрака, а на него поднос.
– Нет-нет, ничего больше, – с ужасом ответил Кормакс, потом откусил от тоста, прожевал, запил бульоном. Откусил снова, снова запил. И еще. И еще...
– Не спешите, – предупредила Синтия, – помедленней.
– Ох, – вздохнул Реджиналд, откидываясь на подушки. – Это первая моя еда за последние три дня. Кажется, в жизни не пробовал ничего вкуснее.
Синтия достала из пузырька три таблетки аспирина, подала ему, указала на стакан с соком.
– Пейте. Если все будет хорошо, то попозже я сделаю вам кофе. И если захотите, немного отварного цыпленка.
Он покорно проглотил таблетки и начал пить сок, внимательно разглядывая свою кухарку.
– Знаете, мисс Стэджерфорд, вы необыкновенно добры. Но скажите, почему вы здесь? Что, у вас нет более интересных дел в воскресенье днем?
Она пожала плечами.
– Как я уже не раз говорила, у меня недавно был такой же грипп, так что я прекрасно представляю себе, что вы ощущаете. Но за мной ухаживала мама, а вы совсем один. Я просто не могла не беспокоиться о вас.
– Удивительная вы девушка – волноваться о совершенно чужом человеке! Но раз уж вы здесь, не откажите в любезности кое-что для меня сделать.
– Конечно. Чего вы хотите?
– Удовлетворите мое любопытство. Как получилось, что вы занимаетесь такой работой?
– А что в ней плохого? – Синтия с вызовом вскинула голову.
– Ничего, но я уверен, что вы не всю жизнь готовили еду для посторонних людей.
– Знаете, а мне это нравится. Правда, нравится.
– Что ж, спасибо за прямоту. Но все же, чем вы занимались до этого? – Он поставил пустой стакан на поднос.
– Офисной работой. Довольно скучной. – Синтия взяла поднос. – Теперь постарайтесь уснуть, а я немного побуду в кухне, кое-что сделаю, а потом загляну проверить, как у вас дела.
– Спасибо, мисс Стэджерфорд, – сонно пробормотал Кормакс. – Чем я смогу отплатить за вашу доброту?
– Тем, что поправитесь. Отдыхайте.
В кухне она выдавила еще соку, вымыла посуду, приготовила себе кофе и присела у стола. Потом зевнула раз, другой – бессонная ночь давала себя знать. Больше никакой работы после полуночи, мысленно поклялась она и стала собираться домой. Написала в блокноте, что она оставила поесть, поколебалась, добавила свой не указанный в телефонной книге домашний номер и напоследок заглянула в спальню. Реджиналд Кормакс спал и выглядел значительно лучше, чем два часа назад.
В феврале темнеет рано, так что, когда Синтия добралась до Оук-Парка, двухэтажный дом Миллера уже сиял огнями. Может, узнать, как прошла поездка в Аврору? – подумала она. Но решила не наступать Крису на больную мозоль и на цыпочках поднялась на второй этаж. Подходя к своим комнатам, она услышала звонок телефона и поспешила открыть дверь – вдруг мистеру Кормаксу срочно нужна ее помощь? Но тут послышался щелчок включившегося автоответчика, и Синтия замерла на пороге, услышав такой знакомый голос:
– Синди, мне надо поговорить с тобой. Не прячься, я знаю, это твой номер. Не будь младенцем. Перезвони мне.
Раздался тихий, самодовольный смешок, затем щелчок, гудок. Потом наступила тишина.
2
Синтия смотрела на телефон как зачарованная, а в голове метались разрозненные мысли. Откуда?.. Этот нагловато-самодовольный смешок, да она узнает его и на том свете... Подумать только, и она сходила с ума от одного этого звука!.. Кто?.. Неужели Бет?.. Нет, не может быть... Тонкие пальцы сами собой сжались в кулаки, в горле заклокотало что-то напоминающее раскаты отдалённого грома.
Когда-то давным-давно Синтия Стэджерфорд находила Дэвида Бэррета весьма привлекательным. Она работала в одном весьма перспективном риелторском агентстве и неплохо справлялась, когда хозяин решил, что для пущей важности головному офису требуется менеджер. Так появился Дэвид. Неделю спустя он недвусмысленно дал понять Синтии, что без ума от нее, и преследовал ее несколько месяцев. Будучи девушкой благоразумной, Синтия решительно возражала против романов на работе, но Дэвид был так настойчив, так любезен, проявил себя таким галантным кавалером, что в конце концов завоевал ее сердце.