– Смотри хорошенько!
– посоветовал Слепец.
– Вот руки самозванца. Видишь, какие у него странные пальцы, бледные и хилые? Погляди в его глаза - почему они такие холодные и пронзительные? Да, чего не сделаешь, чтобы как следует притвориться королем!

Слепец медленно повертел в воздухе ладонями. За последние недели он уже смог научиться как следует управлять новыми пальцами, но выглядели они еще, словно приделанные восковые имитации. Слепец нарочито неуклюже сжимал и разжимал кулаки. Раскрыв пошире глаза, он дал также насладиться их демоническим блеском, не исчезнувшим после превращения.

Палюка вздрогнул и отшатнулся, мелко тряся седой бородой.

– Ну, и что вы застыли?
– сварливо спросил старец из центрального кресла.
– Вы думаете, что нам нечем больше заняться - только сидеть и смотреть на устроенное вами представление? Давай нам окончательный ответ, Палюка.

– Это… это… - пролепетал купец. Кажется, он лишился от увиденного всех своих сил и сейчас усядется прямо на пол.
– Я не должен верить своим глазам, но этот человек действительно похож на короля Малгори. Если бы не глаза, не эта неподобающая худоба и неухоженная борода… Невозможно! Но это он.

– Ты лично видел, как Малгори умер?

– Нет! Я же рассказывал - его тело было унесено с места экзекуции. Никто не смог бы сказать, был ли он без чувств, или уже умер…

– Довольно. Ты можешь идти, - человек с левого кресла встал и подошел поближе к краю возвышения. Он был одет в зеленую облегающую куртку с широкими рукавами, которая очень не шла к располневшему торсу. Одутловатое лицо кривилось в гримасе недовольства, черные глаза смотрели на Слепца со смесью недоверия и неуверенности. На груди человека висела тонкая платиновая цепочка с медальоном, на котором драгоценными камнями и металлами был выделан символ Скалгера. Алмазные треугольники гор, сапфировые переливы рек, серебряное небо и золотое солнце. Судя по всему, это был мэр города.

– Итак, несмотря на уверения Даргрина, мы не смогли точно разобраться в том, кто ты такой на самом деле, чужестранец. Кажется невероятным, чтобы замученный до смерти король Малгори вдруг ожил и явился сюда, да еще и вооруженный могучим колдовством… Однако, скажи мне кто год назад, что под стены моего города придет огромная армия, состоящая из свиней, овец и коров, а во главе ее будет сумасшедший колдун с огненным мечом - я бы приказал отрубить ему голову за неуместные шутки. Пусть даже ты на самом деле Малгори - как можно быть уверенным, что ты не околдован? Быть может, Клозерг поднял тебя из могилы, приделал обратно пальцы и вставил волшебные глаза, а потом послал к нам, чтобы хитростью сокрушить город из тыла?

– Твои подозрения полностью обоснованы, - пробормотал старец из центрального кресла.
– Но вдруг этот человек - именно тот, за кого себя выдает? Король Малгори, чудесным образом выживший и посланный к нам на помощь самими Смотрящими Извне? В таком случае отвергать его помощь было бы чудовищной ошибкой. Скорее всего, без нее нам не удастся отстоять город.

Мэр поднял лицо к потолку, и даже под его массивными щеками было видно, как ходят желваки. Очевидно, слова старика больно ударили по его самолюбию. Управитель города рад бы резко возразить, но не может. Старик - вот кто тот таинственный член Десятки, рискнувший прийти на встречу с подозрительным пленником!

– Увы, - Слепец развел руками.
– Я ничем не могу доказать своей честности. Только сражаясь на вашей стороне, но ведь вы боитесь до этого дойти. Вам придется самим решать - слушать свое сердце, разум, или что-то еще.

– Сражаясь? Но вдруг ты в разгар битвы обрушишься на наши порядки с тыла и превратишь бой в бойню?

– В том и выбор. Либо равная возможность победы - а я, кроме прочего, не могу обеспечить ее одним своим участием - и поражения, либо борьба своими силами. Вы в них уверены?

– Мы… - начал мэр, но тут же был перебит стариком.

– Если бы мы были уверены в своих силах, тебя давно лишили бы головы. Я дряхл, и мне уже должно быть все равно, когда умереть - в этом году от меча, или в том от старости? Однако я не хочу, чтобы с неба, из края Смотрящих Извне, мне пришлось созерцать руины моей великой родины. Поэтому надо рискнуть, ибо безнадежность битвы видна на улицах. Они пусты, потому что все взяли в руки оружие и готовятся к битве. Когда они погибнут, а на пополнение орд Клозерга придут новые полчища животных, кто станет защищать гордый Скалгер? Женщины, старики и дети? Я не сомневаюсь, что они предпочтут смерть, но города отстоять уже не смогут. Поэтому я рискну принять твою помощь. Я беру на себя всю ответственность, потому что я - второй человек Десятки. Потому, что городской совет уже никогда не соберется здесь, чтобы проголосовать. Кто-то убит, кто-то в армейском стане. Поднимайтесь сюда, к нам, ваше величество.

Солдаты с секирами, изрядно ошарашенные поворотом событий, были отправлены обратно в тюрьму. Так и не пришедшего в себя от потрясения Палюку тоже выпроводили, и в зале остались только шесть человек. Слепец, мэр Сьизен, его первый помощник Даргрин, командир городской гвардии Криаг-Вирт с адъютантом и старый Даббер, член Десятки.

– Ну что ж, - проскрипел последний, потирая сухонькие ручки.
– Как мы поступим? У вас есть какие-то идеи, Малгори?

Слепец поочередно оглядел всех собеседников. Кроме старика, маленького, укутанного в просторную накидку с серебряным шитьем, все смотрели на него враждебно. Даргрин сосредоточенно разглядывал полы своей вельветовой куртки, пальцами выщипывал оттуда соринки и сбрасывал их на пол. Всем своим видом он выражал, что не имеет никакого отношения к принятым сейчас решениям. Криаг-Вирт сжимал и разжимал крепкие кулаки, подергивая рассеченной старым шрамом щекой. Мэр непрестанно хмурился, не сводя взора со Слепца, будто бы с минуты на минуту ожидал, что тот проявит свою злодейскую сущность.