— Покажи им…

Дальнейшее весьма напоминало какое-то весёлое безумие. Наталья Сергеевна, вцепившись на заднем сиденье во всё что можно, визжала так отчаянно, что потом в смущении даже не смогла ответить на вопрос — от страха или же удовольствия. Принцесса вела себя тоже как шпанистый подросток при виде стайки чинных старшеклассниц с косичками. А Женька с удовольствием обнаружила, что под капотом верной машины скрывается куда больше лошадок, чем даже казалось раньше — надо лишь пришпорить их отполированной до блеска педалью.

Громыхающий приблатнённым музоном внедорожник догнали быстро, да и обогнали почти сразу. Зловредная девица даже не стала изображать из себя пай-девочку — обошла и подрезала так, словно всю жизнь только и работала милиметровщицей. Естественно, там с перепугу тормознули, и с чёрными дымными полосами на асфальте резко отстали.

Но Женька тоже умерила бег машины и словно играясь, позволила себя догнать и даже обогнать. А потом, бросив через плечо "берегите зубы", вдавила газ до упора. Не знаю как здесь, а в салоне чёрного сарая все наверняка оказались весьма впечатлены рёвом трёхсот лошадей пронёсшейся мимо них серебряной молнии.

А затем опять, поддразнивая, коварная девица придержала недовольно порыкивающих под капотом демонов и позволила разгорячённым соперникам догнать себя. Музыка там стихла — похоже, в салоне шло то ли совещание при виде маячащей прямо перед глазами смазливой попки оказавшейся неприлично резвой бээмвушки, то ли там здраво оценивали свои силы. Как ни крути, а не опухшему навороченному внедорожнику соперничать с распластавшейся над чёрным асфальтом спортивной машиной. В окно опять высунулась чья-то рука.

Что за дела? Резвая и плавная походка серебряной красавицы пару раз дрогнула. Затем что-то мерзко вжикнуло, а в зализанном ветровом стекле с щелчком появилась окаймлённая серебристой звездой круглая дырочка.

— Паразиты! — как Женька сдержалась от отчаяния, дабы не загнуть словечко-другое покрепче, не помнила и она сама.

Принцесса потянулась рукой и невозмутимо поковырялась в отверстии безукоризненно наманикюренным пальчиком.

— Семь-шестьдесят-два, скорее всего пистолет ТТ с глушителем, — деловито сообщила она. — Делай что должно, Джейн. А вы, тётушка Наталья, смотрите — сейчас будет бесплатный цирк.

И как обычно, оказалась права. Ибо Женька мрачно утопила тормоз, стоически вынесла толкнувший в спины хруст тут же врезавшегося в них преследователя. И едва ли не раньше, чем обе машины замерли, сорвала с себя ремень безопасности и прямо из сиденья сиганула назад.

Опытная врач за свою карьеру много повидала такого, что человеку от таких дел далёкому стоило бы аппетита и даже сна. Но когда родная дочь наглядно показывает, что подобные сценки бывают не только в крутых голливудских боевиках с щедро налитыми брызгами томатного сока, тут уж в самую пору удивиться. Во всяком случае, видок у спортивной девахи в белых джинсах и перламутровой блузке, одним рывком выдравшей здоровенную дверцу и зашвырнувшей её подальше, оказался весьма впечатляющ.

Впечатляющ, впрочем, для начала — Наталья Сергеевна только страдальчески вздрагивала каждый раз, когда Женька отвешивала плюхи и наводила на содержимое внедорожника должный пиетит. И лишь поморщилась, когда дочь ухватила за ствол реквизированный пистоль да щедро прошлась рукоятью по физиономии главного, добавляя чертовски сложной работы целой бригаде дантистов и пластических хирургов. Впрочем, напуганные до намокших сидений размалёванные девицы всё же не пострадали…

— Ещё раз встретимся — закопаю, — наверное, именно спокойный и какой-то даже равнодушный голос дочери привёл к тому, что сидящая в безопасности мать передёрнулась от зябкого холодка.

— Тётушка Наталья, ваша дочь хороший человек, чистый душой? — как всегда, Принцесса сумела найти вопрос, изрядно отвлёкший маменьку от грустных размышлений по поводу увиденной сцены и obliko morale дочери.

— Ты хочешь сказать, что ей незачем стыдиться своих желаний? И что если бы она лишила жизни того, кто посягал на наши, это было бы справедливо? — и тут же маменька спохватилась. — Извините — вы, вашвысочество.

Однако Принцесса не согласилась. По крайней мере с последним.

— Ты. Я так долго этого ждала, тётушка. Пока не во дворце, давайте без глупостей, — и Наталья Сергеевна не нашлась, что ответить этой подкупающей улыбке.

Мрачно идущая обратно Женька мельком посмотрела на изуродованный багажник своей обиженно замершей лапочки и со вздохом отвернулась. На чёрную она даже не глянула, потому как в праве называться так отказывала и почитала всего лишь за средство передвижения. А потом так глянула на маменьку, что та сообразила — если она сейчас настоит вслух на своей обязанности оказать тем, сзади, медицинскую помощь, то очень может статься, что им понадобятся уже гробовщики.

— Моральные уроды, ещё и обкуренные, — лаконично сообщила дочь, забравшись обратно и осторожно трогаясь.