Гвенлин сразу не нашелся, что ответить хитроумному демону, хотя ничуть не поверил его слишком уж мудреным объяснениям. Ну как же можно принять за истину явную чепуху. Будь мир Тев-Хат шаром, все реки, моря и океаны уже давным-давно стекли бы с него вместе с людьми и прочими живыми тварями, а деревья без воды тут же засохли. Однако после того как столь веские аргументы сформировались в голове юноши, всякая охота оспаривать истину у него отпала по причине то ли врожденной толерантности к чужим заблуждениям, то ли собственной лени. Стягивая с себя насквозь промокшую одежду, он всего лишь неагрессивно заметил:

— Горазд же ты врать, Шмуль. Я готов поверить, что твоя Преисподняя есть шар, но мой родной мир никак шаром быть не может.

— Вот как раз таки мой мир ничего общего с вашим не имеет — абсолютно иная пространственная структура. Инферналиум, в отличие от любой иной вселенной состоит сплошь из вещества — миллиарды световых лет сплошного вещества и относительно небольшие пузырьки свободного пространства в бесконечной каменной толще. Если бы ты хотя бы на минуту попал туда, я абсолютно уверен в том, что сохранить рассудок в полном здравии тебе вряд ли удалось. К счастью, ваш брат гуманоид — редкий гость в моем мире, а нас — обитателей Инферналиума эволюция сделала не только пространственно нестабильными, но и абсолютно адаптивными к любым условиям внешней среды. А впрочем… — демон замолчал и махнул рукой.

— Чего это "впрочем"? — полюбопытствовал Мандрагор.

— "Впрочем", это то, что бесполезно объяснять высшую математику австралопитеку или растолковывать основы информатики неандертальцу так же, как и некоторым присутствующим здесь личностям.

Интуитивно магический корень понял, что подковырка приятеля направлена и против него также, но, опасаясь угодить впросак, уточнять у продвинутого демона, что такое информатика или высшая математика не стал. Он всего лишь пробормотал негромко себе под нос: — Фу ты, ну ты! Грамотей нашелся, — но от более острой полемики уклонился.

Пока выходец из загадочного Инферналиума пытался донести до умов товарищей всю красоту и своеобразие родного мира, солнышко, разогнав своими лучами небесные хмари, достаточно высоко поднялось над горизонтом, и путешественники получили возможность окинуть взором окружающие просторы. Справедливости ради нужно отметить, что просторы имелись в наличии, но глазу особенно зацепиться было не за что, поскольку, с восточной стороны необъятным морем зелени распростерлась широкая топь, а с запада бескрайнее болото теснили вековые древесные гиганты, вознесшие свои кроны до нижней кромки облаков.

Гвенлин с сожалением повесил свою теплую одежку на ближайший куст, рядышком на землю поставил ботинки и полез в рюкзак, намереваясь переодеться в свою старую одежду. Однако как только он извлек из котомки бесформенный ком, Шмультик в ультимативной форме потребовал от товарища выбросить этот хлам в болото и не позориться. Гвенлин поначалу заартачился, но, получив в качестве бесплатного презента крепкие кожаные ботинки, болотного цвета пятнистый комбинезон из мягкой прочной ткани, а к ним трусы, майку и пару носок, широко размахнулся и отправил свое барахло в воду подальше от берега.

— Вот теперь ты у нас самый настоящий герой! — Похвалил Гвенлина Шмультик, убедившись в том, что новый костюмчик сидит безупречно на стройной атлетической фигуре товарища. — Чисто сокол… Нет, орел… Да что там орел?… Тигр. А с мечом, так вообще Алеша Попович — былинный богатырь. Эх, тебе сейчас Сивку-Бурку, а лучше ездового дракона — не стыдно и ко двору самого Фернана показаться, мол, так и так у вас товар, у нас купец — извольте выкладывать на прилавок. Эх, завидую тебе, Гвен! И за что только такое счастье… — Шмультик в порядке душевной откровенности едва не ляпнул «дураку», но вовремя спохватился и предложил перед тем, как отправиться в путь-дорожку немного подкрепиться…

Целых два дня и две ночи троица искателей приключений проплутала в лесу. За это время с ними ничего особенного не случилось, за исключением того, что запас продуктов в заплечных котомках изрядно поубавился. Нужно заметить, что он мог бы уменьшиться еще больше, если бы не разнообразнейший выбор фруктов, орехов и прочих плодов, коими их щедро снабжали влажные субтропические джунгли. Ближе к полудню на третьи сутки после вполне удачной транспортной операции, проведенной любезным Бен-Гаалем, изрядно вымотанные пешеходной прогулкой по лесному бездорожью путешественники оказались на хорошо укатанной колесами телег и утоптанной копытами домашних животных широкой грунтовой дороге. По наличию многочисленных куч свежего навоза, наметанный глаз Гвенлина сразу же определил, что тракт активно используется местным населением для доставки сельхозпродукции к ближайшему рынку, а также для других транспортных нужд.

— Ух! — Гвенлин облегченно вытер пот со лба. — Теперь осталось дождаться какого-нибудь крестьянина и расспросить, в какой стороне находится Майран, а если повезет, прокатиться на его телеге до ближайшего населенного пункта.

— Натюрлих, «язык» оказался бы как нельзя кстати, — поддержал приятеля Шмультик. — А пока можно малость отдохнуть в тени вон того шикарного фикуса.

— А заодно и перекусить, — добавил корень.

Компания успела не только перекусить, но и вздремнуть с полчасика, прежде чем из-за ближайшего поворота показалась крытая повозка, которую неспешно тянула пара волов. Удивительно, но животными никто не управлял, поскольку на передке никого не было.