Шрифт:
Он пошел было прочь, но приостановился:
– Зовут-то тебя как?
– Дорманн, – ответила Хелен. – Хелен Дорманн. Пожалуйста, скажите, есть у вас тут такая девушка – Милена Бах?
– Милена спит в комнате рядом с твоей, только больше ее так не называй.
– А как ее теперь надо называть?
– Как угодно, только не так… Спокойной ночи, – сказал толстяк и, не вдаваясь в объяснения, тяжко ступая, удалился.
В крохотной комнатушке только и было, что узкая кровать, стол, стул, умывальник и две полки. Гардероб заменяла веревка, отгораживающая один угол. Но Хелен впервые в жизни держала в руке ключ от своего жилья, и это было такое счастье, что дух захватывало. От чугунного радиатора шло ровное, мягкое тепло. Хелен встала на стул и выглянула в окошко, выходившее в небо. Она увидела реку, широкую и спокойную, спящий город с мерцающими кое-где огоньками.
«Это начало, – подумала она, – все только еще начинается. Все будет хорошо».
Она легла, полуоглушенная усталостью и избытком впечатлений, и, медленно погружаясь в забытье, вызывала в памяти всех, кто был ей дорог: родителей, которые ласково улыбались ей из тьмы; Паулу, которая теперь уже, наверное, знает о ее побеге и, возможно, думает о ней в эту самую минуту; Милоша, который ведет сейчас где-то свою самую трудную битву, и Милену, которая спит совсем рядом, за стенкой, непривычно стриженая…
Последним, что она услышала, был залп и удаляющийся рев отъехавшего мотоцикла. «Ох ты… это же Голопалый уехал… а я забыла ему помахать… Прости меня, Голопалый…»
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
КАК РЕКА
Я подсчитываю свои счастья.
Кэтлин Ферьер, контральто (одно из ее последних писем)I
РЕСТОРАН «У ЯНА»
ХЕЛЕН боялась, что после такого утомительного дня проспит до полудня, но едва забрезжил рассвет, ее разбудили звуки из коридора: кто-то тихонько, стараясь не шуметь, открыл и закрыл соседнюю дверь, повернул ключ в замке. Она не сразу сообразила, где находится, потом вспомнилось все вчерашнее: Голопалый, столица, господин Ян, комната, где теперь ее «дом», и Милена тут, за стенкой… Милена! Это же наверняка она, это ее удаляющиеся шаги слышны в коридоре! В страхе, что сейчас упустит ее, Хелен вскочила с кровати, накинула что-то и выбежала за дверь. Там, в самом конце длинного коридора, высокая девушка с короткими белокурыми волосами, в белом кухонном фартуке с завязками на спине уже ступила на верхнюю ступеньку лестницы.
– Подождите, пожалуйста! – окликнула ее Хелен.
Девушка обернулась. Несколько секунд обе смотрели, не веря своим глазам, потом кинулись друг к другу, смеясь и плача от счастья. Обеим не терпелось потрогать, обнять, рассмотреть друг друга. Они не сразу смогли заговорить
– Милена! Что ты сделала со своими волосами?
– Это меня Барт остриг.
– Барт? Да это же прямо убийство! Он с ума сошел!
– Нет, он не сошел с ума. Я тебе все объясню. А ты-то как тут оказалась? Поверить не могу!
– Я сбежала из интерната с Милошем. Мы отправились за вами в горы.
– В горы? Докуда?
– До приюта.
– До самого приюта! Но зачем?
Вопросы так и рвались наружу, тесня друг друга. Слишком много всего сразу хотелось сказать и спросить.
– Милош хотел защитить вас от человекопсов… С ума сойти, как тебя меняет прическа! Одни глаза прежние…
– Милош? От тоже здесь?
– Нет, он был ранен в бедро… Не знаю даже, жив ли он еще. Я пошла за помощью, а тем временем его схватили. Люди Фаланги… Полиция.
Милена поднесла палец к губам:
– Тс-с-с! Не говори так громко. Расскажешь мне потом – и не здесь. А Катарина?
– О ней не тревожься, она уже не в Небе. Мы с Милошем отвели ее к ее утешительнице, ну, ты знаешь, к Мели. А Барт где?
– Здесь. Он живет на втором этаже. Где мужчины.
Она сказала «мужчины», а не «мальчики», как говорили в интернате.
Открылась еще одна дверь, и в коридор вышла маленькая пухленькая женщина в таком же фартуке, как у Милены.
– Доброе утро, Кэтлин! – бросила она мимоходом.
– Доброе утро! – ответила Милена. – Знакомься, это моя подруга Хелен. Первый день здесь.
– И отлично, добро пожаловать! – сказала женщина и скрылась в лестничном пролете.
– Как она тебя назвала? – удивилась Хелен.
– Она назвала меня Кэтлин, и ты теперь тоже так называй.
– Ни в жизнь не приучусь. Откуда ты взяла это имя?
– Так зовут одну певицу. Поэтому я его и выбрала. Понимаешь, мне надо скрываться. Отсюда и стрижка, и имя, и все прочее… Ты где работаешь, в кухне?