— Я опять боюсь, Анита. Я не хочу, чтобы все, что мы построили, сгорело синим пламенем оттого, что мы злимся друг на друга. Пусть Жан-Клод уберёт чуток моего страха. Это было великолепное ощущение.

Я посмотрела на Жан-Клода:

— Ты вылез у него из разума?

— Non, ma petite, он просто стал сопротивляться и меня выбросил. Каждый из вас обладает силой меня вытолкнуть, если захочет.

— А я не хочу, — сказал Ричард, снова улыбаясь.

Улыбка была ленивая, сонная, заполняла его глаза все той же мудрой невинностью. Я в этот момент поняла, что это не взгляд Жан-Клода — это взгляд Ричарда, когда он не боится, не злится, не раздирается противоречиями. Такой он мог быть, если бы всегда был собой.

— Ma petite! — Жан-Клод протянул мне руку. — Иди к нам!

Я мотала головой.

Ричард тоже протянул ко мне руку.

— Ты же хочешь, сама знаешь, что хочешь.

— Моя жизнь впервые как-то наладилась, я не хочу, чтобы она рухнула.

— Я не предлагаю вернуться к тому, что у нас было, Анита. Я понимаю, что у нас это не выйдет. Ты жёстче и беспощаднее, чем я был и буду, и я могу тебе это позволить, но только если ты не будешь моей единственной милой. Мне нужна хоть малая дистанция от самого худшего, тогда я смогу сам перед собой притворяться. Немного, лишь столько, чтобы не сойти с ума.

Он подался назад, и его голова легла на бок Жан-Клода. Жан-Клод был весь чёрный мех и бархат на фоне белой кожи. Волосы рассыпались вокруг торса тёмной мечтой. Он повернул голову к лежащему Ричарду. Ричард был весь загар и джинсы, и будто пылал жизнью. Они смотрелись, как будто оба вышли из совершенно разных порнофильмов.

Жан-Клод глядел на меня, и в этом взгляде была мольба. Он безмолвно просил: «Умоляю, ma petite, не надо портить минуту».

— Только без четвёртой метки, — сказала я.

— Согласен, — ответил Жан-Клод.

— Пока что, — добавил Ричард.

Я посмотрела на него.

— Прямо сейчас многое кажется хорошей мыслью. Не надо хмуриться, Анита, если немножко вампирской магии может снять мою тревожность, я целиком за. Это куда лучше таблеток, которые мне доктор даёт.

— Организм ликантропов слишком быстро перерабатывает лекарства, и они не успевают подействовать.

— Знаю, — сказал Ричард, и переместил голову прямо на обнажённый бок Жан-Клода.

Наверное, Ричард просто не видел лица Жан-Клода, когда его волосы коснулись кожи вампира. Ему бы не понравился подобный мужской взгляд, направленный на него.

— Давай, ma petite, давай станем наконец истинным триумвиратом. Будь лупой не только по имени для Ричарда и его стаи. Сохрани устройство своей жизни, как тебе нравится, но позволь Ричарду тебя навещать.

— А он будет среди людей искать Ту Единственную.

— У тебя будут твои мужчины, у него — его женщины. Это справедливо, ma petite.

Что-то я не ощущала этой справедливости.

— Не знаю, как я ко всему этому отношусь. Что-то очень хорошо, но с другой стороны, не знаю, смогу ли я так жить.

— Но ведь можно попытаться, — сказал Жан-Клод.

Ричард протянул ко мне руку.

— Анита, пожалуйста, прошу тебя, если ты уйдёшь, то знай, что и я не останусь. Ты можешь и сама приблизиться к Жан-Клоду без меня в качестве буфера, а мне нужна твоя помощь. — Он поднялся на колени и протянул руку. — Анита, прошу тебя, я обещаю не увлекаться, как бы ни были темны мои фантазии.

— Только покормить Жан-Клода и малость потискаться? — спросила я, не удержавшись от подозрительной интонации.

Ричард оглянулся на Жан-Клода, и у них возник один из редких моментов мужского взаимопонимания. Взгляд, которым они обменялись, явно говорил, что на уме у них было не это.

— Если это все, чего ты от нас хочешь, мы можем себя сдержать, — сказал Жан-Клод шёлковым голосом.

Я закрыла глаза. Это действительно все, чего я от них хочу? Нет. Все, на что я в данный момент способна? Может быть. Предложение чудесное. Оно вроде бы решает все проблемы насчёт нашей новой силы, так чего же я колеблюсь?

— Знаешь, найти жену, которая будет согласна, чтобы ты спал с другими женщинами, будет непросто.

— Все, что легко, ничего не стоит, — сказал Ричард, — и я, может быть, пойму в конце концов, что белый штакетник не для меня. Все, что я сейчас знаю, в этот момент — так это чего я хочу. А хочу я тебя.

Многие женщины бросились бы ему на шею с воплем: «О, Ричард!» Но не я. Я подумала, что если бы Клер была у него подружкой по траху, он бы сейчас здесь не был. Он не хотел бы меня — сейчас. Я бросила полотенце на пол и покачала головой: