Шрифт:
Уорик уложил ее на накидку, наклонился над ней, упершись локтями, его руки скользнули под ее вязаное платье. Тело у нее было нежное, словно лепестки роз, и горячее, как солнце. Он накрыл ладонями полные, упругие груди, и они сделались еще полнее, соски – еще выше и тверже. Однако платье мешало и раздражало его. Он задрал его кверху, а затем стянул через голову.
– Уорик, мы в лесу...
– Ангус на страже, никто сюда близко не подойдет.
Он придавил ее к земле. От нее исходил аромат, будто от цветочного луга. Он зарылся лицом между грудями, вдыхая этот пьянящий запах. Он чувствовал жар во всем теле, его мужское естество было готово к тому, чтобы погрузиться в нее сразу же, без ласк и игры. Уорик заставил себя отстраниться, чтобы не брать ее так резко и грубо.
Руки Меллиоры обвились вокруг него. Она завозилась с его одеждой, ножнами. Уорик освободил себя от ножен, сорвал одежду. Элинор назвала ее нимфой. Она лежала перед ним, освещенная серебристым светом луны, и была похожа скорее на богиню.
Когда они слились воедино, Меллиора забилась в мучительном желании достигнуть облегчающей разрядки. Она прижималась все плотнее при каждом его движении и толчке. Уорик проникал все глубже и двигался все быстрее. Он закрыл глаза и стиснул зубы, чтобы как можно дольше сдерживать себя. Пот крупными каплями выступил у него на плечах, на лбу. Извергнувшееся семя, казалось, лишило его жизненных сил, сделало беспомощным, а вся его душа перетекла в Меллиору. Сердце Уорика стучало, как молот, кровь гудела в жилах, и он испытал чувство божественного умиротворения, разлившегося по всему телу. Меллиора впилась ногтями в его плечи, забилась в сладостных конвульсиях, несколько раз вскрикнула и затихла.
Некоторое время спустя Уорик почувствовал, что Меллиора дрожит. Он притянул ее к себе поближе и набросил на нее край накидки. Меллиора довольно долго лежала молча, а затем тихо спросила:
– Ты должен ехать в Стерлинг с Питером и... его сестрой?
– Да. Мы поедем вместе с ними.
– Мы?
– Да.
Похоже, она осталась этим довольна. Приподнявшись и заглянув мужу в глаза, она сказала:
– Уорик, я написала Даро и Энн, рассказала о нападении викингов и об обвинениях в адрес Даро, они сейчас располагаются под Стерлингом. Я хочу встретиться с ними и с королем и дать возможность Даро доказать свою невиновность.
Уорик нахмурился и приподнялся на локте, чтобы лучше видеть жену.
– Ты написала им, что собираешься встретиться со мной? – спросил он.
– Да.
– Думаю, ты поступила не слишком мудро, – начал он, но вдруг Меллиора, взглянув ему за спину, громко крикнула:
– Уорик!
Он откатился в сторону вовремя. На том месте, где он только что лежал, в землю вонзился боевой топор. Меллиора вскочила на ноги. Они оказались разделены зарослями, и Уорик внезапно увидел перед собой четырех мужчин.
Викинги... Норманны?
Двое были белокурые, с длинными бородами. Шлемы у них были, как у викингов, а кольчуги напоминали скорее норманнские. Взглянув на одного из них, Уорик понял, что подобные доспехи он уже видел раньше.
На Даро Торссоне. Да и к тому же штандарт Даро развевался в руках одного из мужчин.
Четверо. Один вооружен булавой, двое – боевыми топорами. У Даро в руках был меч.
А Уорик стоял перед ними в чем мать родила, его меч находился в десяти футах от него, а его жена...
Прикрывшись накидкой, она стояла, ошеломленно глядя на мужчин.
Ошеломленно? В голову закралось страшное подозрение: «Так ли она удивлена? Она только что сказала, что написала Даро, сообщила, что увидится с ним, предупредила Даро, что на его имя пала тень подозрения.
Но зачем ей нужно было говорить об этом? А почему бы и не сказать?»
– Наконец-то, Уорик! – рявкнул один из мужчин. – Великий сподвижник короля, вот мы и встретились с тобой. Гляди-ка, милорд, ты гол, как рыба, и даже без меча. Конечно, можно было бы дать тебе оружие и шанс помериться силой, но, пожалуй, не стоит! Ты умрешь как собака, корчась в дерьме и грязи!
Первый мужчина шагнул к нему, размахивая боевым топором. Уорик нырнул вперед и в сторону, перепрыгнув через куст.
– Уорик!
Меллиора оказалась вдруг рядом и протянула ему меч-клеймор. Меч его отца. Вооруженный им, Уорик сделал выпад.
– Спрячься за меня, Меллиора!
– Уорик, я могу...
– Ты не можешь сражаться без оружия!
Один из нападавших поднял боевой топор. Уорик отпрыгнул в сторону и нанес сокрушительной силы удар своим клеймором. Раздался хруст костей и вопль. Однако это не остановило второго мужчину. Издав боевой клич викингов, он бросился на Уорика.
На сей раз ему потребовалось больше времени, чтобы убить викинга. Уорик нападал и отступал, отступал и снова бросался в атаку, резко поворачивался назад, когда чувствовал, что человек с булавой заходит ему за спину. Противник проявил себя глупцом. Угрожая взмахами топора, он забыл о собственной уязвимости. Уорик сделал быстрый выпад и пропорол ему живот. Потом успел развернуться лицом к очередному противнику и чудом уклонился от удара топора. Топор просвистел возле самого уха. Однако Уорик сумел мгновенно среагировать и распорол противнику живот и грудь от паха до горла. Он отдавал себе отчет в том, что, опоздай он хотя бы на мгновение, следующий удар противник нанес бы ему уже по черепу.