– Чтобы войти в комнату, где находится мерзкое создание, с которым ты теперь связан на всю жизнь?

– Нет, чтобы войти в комнату к женщине, которая отныне называется моей женой.

– Не бойся. Я не буду так себя называть.

– И теперь ты вдруг пожалела, что отвергла Деклабера?

Отвернувшись, Кристина произнесла ледяным тоном:

– Ты пьян. А с пьяными бесполезно разговаривать.

Джейми развернул ее лицо к себе:

– Да, я пьян. И нахожусь в самом отвратительном настроении.

– В таком случае, зачем ты явился? Ведь где-то же ты спал до сих пор!

– Я спал в мансарде. Не мог же я выселить из своей комнаты грудного младенца и молодую мать, еще не оправившуюся после родов. А сегодня я явился сюда.

– Разве Стивен не освободил теперь свою комнату?

–Стивен с тех пор, как приехал сюда, спал вместе с другими мужчинами в общей комнате.

– Ты мог бы бросить Стивена в темницу.

– Но мне он нравится, и я восхищаюсь тем, что он тверд в своих убеждениях, честен в своих помыслах и чувствах.

– А я, конечно, являюсь его полной противоположностью?

– Это точно.

– Ладно. Позволь мне в виде исключения высказаться честно и откровенно. Вы со Стивеном вынудили меня участвовать во всем этом. Я тут ни при чем. А ты к тому же пьян, и я презираю тебя за все то, что произошло. Ты такой высокомерный, такой самодовольный, что никогда не сможешь уважать мнение другого человека и никогда не поймешь, что женщина имеет такое же, как мужчина, право принимать решения и действовать. Вот так-то! А теперь, будь добр, не мешай мне спать!

Кристина снова повернулась к Джейми спиной, что было явной ошибкой. Не мог он допустить, чтобы последнее слово в споре осталось за ней!

На сей раз он развернул ее к себе лицом и навалился на нее всем телом. Она заметила в его взгляде не только ярость, но и страдание.

– Ну и ну! Я не хотел брать заложников, однако взял сразу нескольких. И уж конечно, я не имел ни малейшего желания заводить любовницу из порядочной семьи, пусть даже англичанку. И я никак не хотел называть своей женой другую женщину – и вот вам пожалуйста! И глазом не успел моргнуть, как женился на коварной маленькой соблазнительнице, от которой всегда будет больше неприятностей, чем радости. Но поскольку так уж все получилось, я вдруг подумал, что глупо спать среди храпящих мужиков, потому что я как-никак женатый человек. К тому же моя жена – редкая красавица, молодая, с соблазнительными формами. Правда, остра на язык, но женщин можно заставить замолчать.

– Уймись, Джейми.

– В нашу брачную ночь? Ты спятила?

– Раньше тебе было нетрудно отправить меня сюда и забыть.

– Это было до того, как ты стала моей женой.

– Джейми, ты пьян.

– Извини. Я все же думаю, что смогу справиться. Подобно одной моей заложнице, я готов сделать все возможное, чтобы доставить тебе удовольствие.

– Я не хочу, чтобы мне доставляли удовольствие.

– Зато я хочу.

Джейми перекатился на спину, и Кристина, высвободившись из его объятий, вскочила с кровати. Джейми, несмотря на то, что был пьян, сделал то же самое достаточно быстро.

Кристина бросилась к двери в надежде, что Джейми не запер задвижку, но это оказалось не так. Дверь была заперта.

– Уж не подумала ли ты, что сегодня кто-нибудь ни с того ни с сего начнет тебе доверять? – ехидно спросил Джейми.

– А ты не подумал, что я была бы благодарна за это или почувствовала себя обязанной тебе?

– То, что вы чувствуете, миледи, не имеет ни малейшего значения. С проявлениями ваших эмоций мы все слишком хорошо знакомы.

Джейми пересек комнату – высокий, статный. Мускулы рельефно выделялись на его теле, угрожающе поблескивая в отсветах огня.

Бежать было некуда, и Кристина замерла возле двери. Джейми подошел, наклонился к ней. Похоже, что он был не так сильно пьян, как ей показалось.

– А скажите-ка мне, мадам, вы действительно уверены, что среди ваших чувств не присутствует одно, называемое желанием?

Кристина вопросительно взглянула на Джейми, ощущая гулкие удары сердца и жар в крови, который всегда вызывала в ней его близость. «Я навсегда обречена желать его», – подумалось ей вдруг.

Кристина предприняла героическую попытку сохранить внешнее спокойствие.

– Подобные чувства, сэр, сильно охладила волна ненависти, которая поднимается во мне каждый раз, когда вы находитесь поблизости.

Она оттолкнула Джейми и прошла мимо с высоко поднятой головой. Он не стал ее останавливать, но прижал коленом подол ее сорочки к двери. Она услышала треск рвущейся ткани и почувствовала, как холодный воздух коснулся обнаженного тела.

– Иногда, миледи, чувство ненависти может служить мощным стимулятором полового влечения, – сказал Джейми и неожиданно обнял Кристину с удивительной нежностью. Она чувствовала его жар, его нетерпение на расстоянии нескольких дюймов. Ей хотелось прижаться к нему и обойтись без всяких слов.