А подруги, вкусно и плотно закусив, еще напились ароматного зеленого чая, к которому подали не только свежие пирожки с орехово-медовой начинкой, но и готовые восточные сладости – халву, рахат-лукум и шербет с крошками фисташек.

После еды подруг потянуло в сон. Но расслабляться было нельзя. Им еще предстояло отловить и обезвредить злостного обманщика Костика. Как они будут это делать, подруги представляли весьма смутно. Но почему-то не сомневались, что удача будет на их стороне.

На этот раз Мила появилась в сети. И даже ответила им вполне благосклонно.

– Никакого Костика я не помню, – проворковала она. – Вернее, помню, но не одного, а целый десяток. Но если вы, девочки, хотите прийти к нам работать, то я жду вас сегодня вечером в десять. Адрес знаете?

Оказалось, что она имеет в виду «Выпуклое зеркало». Адрес имелся на визитке. Мила повторила, что ждет девушек сегодня к десяти вечера. И отключилась.

До десяти вечера подруги успели переделать массу разных дел, в том числе и полезных. Они сходили в салон красоты, где нарастили ногти до длины, подходящей, на их взгляд, начинающим путанам. Кроме того они посетили несколько магазинов, где приобрели суперкоротенькие юбчонки. И разумеется, высокие сапоги на угрожающе длинных шпильках.

– Такую всадишь мужчине в ногу или другое мягкое место, вовек не забудет, – рассматривая пронзительно тонкий острый каблук, произнесла Кира.

– Надеюсь, что до этого все же не дойдет.

Кира тоже надеялась на лучшее. Но готовиться, как известно, следует к худшему.

– Как ты думаешь, Костик не испугается, увидев нас в «Выпуклом зеркале»?

– Почему это он должен испугаться?

Леся обиженно смотрела на подругу.

– Смею тебе заметить, я ничего плохого ему не сделала, – сказала она. – И о том, что мы его раскусили, он тоже знать не может.

– Ну, я немного не так выразилась. Не испугается, но ведь удивится, правда?

– Пусть удивляется, сколько влезет.

– Но он неизбежно насторожится, и нам будет трудней с ним справиться.

– Вовсе не факт, что Костик ошивается в этой сауне каждый день, вернее, каждую ночь.

– И уж точно, что со своим раненым боком он в жару не полезет. Он только на ноги встал и вдруг сразу – греться?

– Я и не думала, что он полезет греться, – сказала Леся. – Но ведь он может приехать туда и просто для того, чтобы встретиться со знакомыми. Сауна – это у мужчин еще и место для встреч. И не везде там жарко.

– А нам всего лишь нужно найти людей, которые с ним знакомы и могут нам о нем рассказать кое-что интересное.

Леся задумчиво покачала головой.

– На самом деле больше всего о нем должны знать его подельники.

– Дядя Коля и его сын?

– Да.

– Бесполезно о них даже думать. Во-первых, эти двое в руках Слепокурова, а к нему мы, как и договорились, обращаться за помощью не будем. А во-вторых, во всех тех местах, которые им известны, Костик вряд ли появится. Он же не дурак. И прекрасно понимает: если его сообщники в руках милиции, то, вероятнее всего, выдадут его с потрохами.

– А зачем им его выдавать?

– Хотя бы для того, чтобы вернуть награбленное законным владельцам и тем смягчить наказание.

– Но дядю Колю и Сергея никто не подозревает в совершении ограбления.

– Пока не подозревает.

– Им в вину ставят похищение родной племянницы.

– Правильно! И еще Костика! Но Настя писать на родственников заявление не станет. И у дяди Коли с Серегой появляется выбор, признаться в похищении или в ограблении.

– Постой, постой! А зачем им признаваться в том же похищении? Костик показаний против них не давал. А теперь и вообще исчез.

Утомленные спором подруги замолчали. Им обеим в головы пришла страшная правда. Доказать похищение Насти будет практически невозможно, не станет она клепать заявы на брата и дядю. А похищение Костика теперь тоже под вопросом. Вдруг Слепокурову придется отпустить дядю Колю и Сергея на волю? Об этом даже думать было невыносимо. Подруги и не стали.

А потому Леся произнесла с досадой:

– Как поведет себя дядя Коля, а в особенности Сергей – это все вилами на воде писано. Точно сказать ничего нельзя. И Костик, я уверена, будет исходить из худшего. Значит, в те свои любимые норки, о которых известно его сообщникам по ограблению антикварного салона, он не сунется. И остается единственная ниточка – сауна.

– Ну, тебе видней, куда он сунется, а куда нет, – фыркнула Кира и вновь повернулась к зеркалу, перед которым пыталась примерить на себя наряд «ночной бабочки».

Наряд неожиданно пришелся ей по вкусу. Надо же! Никогда не думала, что ей пойдет такая вульгарная раскраска. Но факты упрямая вещь, против них не попрешь. И сейчас густо намазюканные ресницы Киры лихо загибались вверх, а глаза в их обрамлении казались просто огромными. Щедро наложенные румяна и тени делали лицо девушки почти неузнаваемым. И наконец губы благодаря блеску и помаде стали призывно соблазнительными и словно подготовленными для поцелуя.