— И он, чтобы отвести от себя следы, убил бедного психа. И подкинул возле его трупа улики, чтобы вы подумали, будто псих и есть убийца.

— А скорее всего, бедный псих, пока крутился возле нашей гостиницы в ожидании, когда он сможет перекинуться парой слов с Сухоручко, стал свидетелем его убийства!

— Точно! Он ведь бежал из психушки, чтобы поговорить с Сухоручко!

— А вместо этого увидел, как и кто того убивает.

— И это так потрясло беднягу, что он не захотел возвращаться обратно в психушку, а остался возле монастыря.

— Чтобы найти улики и собрать доказательства против убийцы своего друга!

На протяжении всего этого диалога Коля лишь недоуменно переводил взгляд с одной подруги на другую. За это время он только и успел, что выкурить свою «примину». И наконец подруги ненадолго замолчали, дав ему возможность высказаться.

— Все это, конечно, очень хорошо, — произнес Коля, затаптывая хабарик в землю. — Но вы исходите из того, что ваш псих Иван был дружен с Сухоручко, в то время как он… Кстати, как фамилия психа?

Фамилию беглого психа подруги не знали. Но не сомневались, что ее можно узнать у монахинь. Им-то уж она наверняка отлично известна. И это они перед подругами могут пальцы веером строить. А как милиция в их приют нагрянет, мигом все выложат. Им скандалы подобного рода совсем не нужны.

— Ладно, фамилию мы сами узнаем, — согласился Коля. — И кстати, спасибо вам за наводку. А то мы уж голову сломали, пытаясь понять, как станем идентифицировать новый труп. Документов-то при нем никаких не было!

Подруги молча приняли похвалу. И Коля заговорил дальше:

— Вот, вы исходите из того, что наш Сухоручко и этот Ваня дружили, так?

— Верно.

— А если совсем наоборот?

— Что наоборот?

— Если они враждовали? Если психически неуравновешенный Иван сбежал из лечебницы не для того, чтобы перекинуться парой слов с приятелем, а для того, чтобы отомстить тому?

Подруги молчали. В самом деле, ведь им говорили, что Сухоручко якобы втянул Ивана в какую-то аферу, из-за которой тот пострадал. Ему даже ногу сломали. Предположительно, что сломали из-за той истории с Сухоручко. И Иван недобрым словом поминал Сухоручко, когда собирался к нему в гости в монастырь. Нет, все же такое предположение нельзя было отбрасывать без проверки.

— Мы ведь можем поговорить с женой нашего психа, — предложила Мариша.

— Она наверняка явится за телом мужа.

Коля помрачнел. Наверное, вспомнил, что случилось с Зиной. Та ведь тоже приехала за телом. Пусть и не своего собственного мужа, а всего лишь мужа приятельницы. Но факт остается фактом, девушка серьезно пострадала и едва не простилась с жизнью, пока ждала выдачи тела Вовика.

— А за что, спрашивается?

Вывод напрашивался сам собой. Либо Зина знала что-то такое, что могло пролить свет на личность убийцы Сухоручко. Либо… Либо нападение на нее было никак не связано с убийством художника. И тогда напавшего на нее человека можно было искать еще очень долго.

Поняв, что от капитана они сегодня ничего больше не добьются, подруги отправились к себе. И по дороге они встретили Евгения. Встреча стала чем-то вроде традиции. И Катька не замедлила приписать это своим чарам. Впрочем, Евгений не торопился кидаться к Кате с объяснениями в любви. Гораздо больше его интересовало, как продвигается расследование. И не пронюхал ли капитан о его собственных делишках.

— Если мы ему сами не скажем про тебя, он и не пронюхает, — заявила Мариша перепуганному Евгению. — И вообще, если ты так трусишь, то зачем согласился помогать Сухоручко?

— Деньги очень были нужны, — завел старую песню Евгений.

— А теперь у тебя ни денег, ни спокойствия!

— Я больше не буду!

— Верю, что не будешь! А если бы все вышло, как тебе обещал твой дружок, то ты бы мог и повторить?

— Тогда конечно!

Что и требовалось доказать! Этот Евгений не только трус, но и дурак. И Мариша кинула взгляд в сторону Кати. Понимает она, какого рода сокровище этот ее Евгений, или нет? Но Катька хотя и выглядела задумчивой, тереться возле Евгения не переставала. Она гладила его по плечу и приговаривала ласковые слова. В конце концов ей удалось убедить Евгения, что не все так страшно. И он вполне может выйти сухим из воды.

— Настоятель сегодня из поездки вернулся, — немного успокоившись, доложил подругам Евгений. — Очень сердился на брата Илию, что тот подобное безобразие в обители допустил.

— Интересно! А что Илия мог поделать?

Евгений пожал в ответ плечами.

— А я сам уехать хочу.

Катька замерла. Да и Мариша тоже.

— Куда это?

— Домой, — как-то странно отводя взгляд, произнес Евгений.

— Ты нас ждал, чтобы сообщить эту новость?

— Я вас ждал, чтобы спросить, вы ведь меня не выдадите? Нет?