Шрифт:
Олимпия набрала в ковшик холодной воды и опрокинула его на подлого изменника. Думала, что Толик подскочит как ужаленный. Но он даже не дернулся. Открыл бесстыжие глаза, окинул ее туманным взглядом.
– А-а, это ты... Все танцуешь?
– Я?! Танцую?! – ошалела она от возмущения. – Совсем рехнулся!!!
– Не кричи... Уже утро, да...
– Ага, утро! На работу пора! Магазин открывать! Продавщицу не забудь с собой прихватить!
– Какую продавщицу? – непонимающе уставился на нее Толик.
– А которая у тебя под боком.
– Кто под боком?.. О, мля, откуда она взялась? – спросил он и брезгливо толкнул локтем свою ночную фею.
– Ветром занесло! – саркастически усмехнулась Лима.
– Даже не знаю, откуда она...
– А портки чего спущены, тоже не знаешь?
Толик страдальчески вздохнул и нехотя натянул брюки. Но с кровати так и не встал. Зато спихнул с нее свою утешительницу. Та упала на пол, но даже не проснулась. Свернулась калачиком, подложила под ухо сомкнутые ладони и снова засопела. Видать, перетрудилась вчера...
– Извини. Это все Мирон, – виновато хлюпнул носом Толик. – Ты ушла, а он шлюх позвал...
– Как это я ушла? Я же танцевала!
– Да это мне снилось, что ты танцуешь... А вообще ты правильно сделала, что ушла...
– А ты что правильно сделал?
– Я же говорил, извини... Перебрал вчера, перемкнуло...
– У кого на этот раз сын родился?
– Да не сын...
– Дочь?
– Ну хватит, а!.. Голова раскалывается от шума... Дай полежать часок, а там делай со мной, что хочешь...
– А девочку не разбудить? – съязвила она. – Она тебе заснуть поможет...
– Разбуди. И на хрен пошли...
– Может, и самой уйти?
Прежде чем ответить, Толик окинул ее оценивающим взглядом.
– Нет, оставайся... – мотнул он головой.
Видно, решил, что она ему еще пригодится... Козел!
– А мне это нужно?
– Ну, пожалуйста... Ты там что-то про шубу говорила...
Понял, сволочь, что от Лимы можно откупиться дорогим подарком. И хорошо, что понял. И хорошо, что сволочь... Так удобней и ему, и ей.
– А про машину я тебе ничего не говорила?
– Нет... А тебе что, «Мазды» мало? – нахмурился Толик.
– А нет больше «Мазды»! – скорбным тоном сообщила она.
– Как это нет? Где она?
– Угнали...
– Какая падла? – взвыл он.
И как укушенный соскочил с кровати. Похмелье как рукой сняло.
– Не знаю... Я дома во дворе машину поставила. Утром из окна смотрю, нет ее...
Она уже была у родителей. Они уже знали, что говорить им в ее оправдание.
– Почему во дворе? А платная стоянка?
– Поздно уже было... Я подумала...
– Хреново ты думала!..
– Извини. Это все Мирон, – его же словами сказала она.
– При чем здесь Мирон?
– Если бы он шлюх не привел, я бы домой не поехала...
– А-а, это... – сбавил обороты Толик. – Ну да, маху вчера дали... Ладно, разберемся. Найдем тачку... Но это будет стоить.
– То есть?
– Ну, бабла придется отстегнуть... Короче, тачку найду, и мы в расчете, лады?
Олимпия уныло кивнула. Он рассчитается с ней, а затем снова ударится во все тяжкие... И как жить дальше с таким уродом?
2
– Извини, братан, что так вышло. Не знали, что твоя тачка...
– Да ладно, чего уж там! – небрежно махнул рукой Толик.
С Лехой Босым он был на короткой ноге. Два месяца сидел с ним в одной камере следственного изолятора. Его за угоны замели, а Толика за неучтенный ствол в кармане. Леха тогда на три года в колонию загремел, а Толик сухим из воды вышел. Но дружба, в общем-то, сохранилась.
Леха откинулся в позапрошлом году. И снова взялся за старое. Толик же к этому времени отошел от дел. Надоело башку под пули подставлять. Бизнесом занялся. Короче, сейчас у него все на мази. Теперь он типа барыги. Но слам в «общак» отстегивает исправно. Короче, братва его и сейчас уважает. Ну, не так, как раньше, но, по-любому, если вдруг какая проблема, есть куда обратиться.
Обратился к одному человеку, а он показал ему на Босого. Мол, у него спроси, может, он знает. Толик спросил. И не промахнулся... Оказывается, Леха со своей бригадой «Мазду» сделал...