– А ты что там бормочешь, олух! – тут же зарычал на него Альтарес.

– Он не с тобой разговаривает, ты, мешок с дерьмом! – рявкнула в ответ Онни.

– Онни, прекрати, – снова попытался остановить ее Лекс.

– Да она просто спятила от страха, – презрительно бросил маг.

– Ах вот как! – Меч Онни вылетел из ножен, и дружинница, огибая Круг, с многообещающей улыбкой направилась к Альтаресу. – Лекс, предлагаю выставить этот мешок с дерьмом наружу, чтобы освежить помещение. Представляешь, как дал-рокты обрадуются его появлению, особенно Икседуд?

– Стой, где стоишь! – рявкнул маг. – Ты что это думаешь, тварь, что я совсем беззащитен? Да я тебя…

– Вот и посмотрим, на что ты способен здесь.

Поперхнувшись на полуслове, Альтарес попятился от Круга к стене колодца.

Ну, сейчас подерутся, подумал Квин, чувствуя одновременно и страх, и возбуждение. Но Лекс, выхватив меч, нерешительно замер, вместо того чтобы обойти Альтареса с другой стороны. Онни тоже остановилась, бросив в его сторону недоумевающий взгляд:

– Что с тобой, подсотник? Когда тебя пугало подобное развлечение?

– Жжет, – пробормотал Лекс. Он покачнулся, лицо залила мертвенная бледность. – Жжет, все жжет…

Онни бросилась к нему, схватила за плечи, встряхнула:

– Приди в себя! Что с тобой?

– Жжет… рука… грудь…

– Твоя рана, – ошеломленно догадалась Онни. – Заклинание исцеления, которое наложил Гилсвери два дня назад. Оно еще действует, но здесь вся магия извращена, и оно пожирает тебя, а не лечит… Лекс! Ты слышишь меня? – Она встряхнула его снова. Взгляд подсотника вроде как прояснился, он с заметным усилием кивнул:

– Да, слышу…

– Беги отсюда! Наружу! Немедленно!

И тут Квин заметил, как, бесшумно шагнув из расселины, на краю колодца появилась знакомая долговязая фигура. Еще не поверив своим глазам, он закричал, чтобы привлечь внимание «неистребимых»:

– Онни, Лекс! Здесь Гронт! Возле входа!

Мгновенно отреагировав, они развернулись в его сторону, сразу забыв про Альтареса, и замерли, когда их глаза остановились на Гронте. Появление мечника ошеломило всех без исключения, ведь его считали уже погибшим вместе со всем отрядом Альтареса. Опасность, казалось, заставила подсотника собраться с силами, он плавными, отточенными движениями перетек в боевую стойку.

Гронт стоял не двигаясь – высокая худая фигура в темной одежде.

Половина лица у него была окровавлена, а взгляд медленно скользил по лицам присутствующих, словно он выбирал, с кого начать. Как же он прошел мимо Гилсвери, мелькнуло в голове у Квина, оторопело наблюдавшего за ним. Неужели тот сам пустил его сюда? Или с магом в самом деле что-то случилось? И не Гронт ли тому причиной? Но никакой мечник не может навредить настоящему магу… разве что здесь, поправился Квин, тут-то магию применять нельзя… Магик инстинктивно ощутил, что с Гронтом что-то не то. В его облике не было привычного высокомерия, с которым тот всегда держался на людях, а взгляд был пугающе пустым и безжизненным.

Зато Альтарес немедленно расправил массивные плечи и самодовольно осклабился:

– Племянник, драгоценный ты мой! Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! У меня для тебя как раз нашлась работа…

При звуках его голоса Гронт словно определился с целью.

Руки его с тихим шелестом выхватили из-за плеч короткие парные клинки – «косачи», и мечник двинулся к Альтаресу. В его намерениях сомневаться не приходилось.

– Брось оружие, подонок! – с неприкрытой угрозой бросила Онни, мрачно сверкнув глазами. – Брось сейчас же!

Гронт не обратил на нее ни малейшего внимания, словно кроме него и Альтареса здесь больше никого не было. Он шел на него, как заведенный, мерно переставляя длинные ноги и удерживая подрагивающие в такт широким шагам мечи в согнутых в локтях руках на небольшом расстоянии от плеч. Когда расстояние между ними сократилось до пятнадцати шагов, до Альтареса наконец дошло, что сейчас командует не он. На его мясистом лице сначала отразилась растерянность, а затем оно побагровело от гнева.

– Ты что это задумал?! – громыхнул маг, попятившись. – Как ты смеешь угрожать мне? Опомнись, недоносок, пока я не превратил тебя в кучку углей!

Квин помнил предупреждение Гилсвери и понимал, что угрозы Альтареса бессильны, так как он не мог подкрепить их действием, но также понимал, что тот строит свой расчет на незнании Гронтом реальной ситуации. И вправду, откуда мечнику знать о таких вещах?

Но Гронт шел вперед, словно ничего не слыша.

«Они что, не видят, что с мечником что-то не то? – удивленно подумал Квин, чувствуя, как холодок запоздалого страха распространяется по позвоночнику. – Этот фанатичный блеск в странно неподвижных глазах, это упорное молчание… Он двигался, словно…» – Внезапная догадка будто обожгла его. Он вспомнил, что точно так же двигался Билок, не отвечая и не реагируя ни на что, кроме заданной каруной цели. И, не раздумывая больше, он крикнул: