Шрифт:
Корри молча достала ключ и протянула его Куайду. Они с Ли Хуа наблюдали, как он сел на корточки, открыл сундук и стал в нем рыться.
– Хорошо, что, по крайней мере, вы догадались взять с собой теплые вещи. Признаюсь, я удивлен вашим благоразумием. Но, скажите на милость, зачем вы привезли столько консервов? Продукты в сушеном виде занимают меньше места и мало весят. Консервы надо съесть здесь, на Юкон тащить их на себе глупо…
Куайд глубже нырнул в сундук.
– Нижнее белье! Сплошные кружева! Вам что здесь, Ноб Хилл? Для чего эти вещи здесь, если вы не собираетесь…
Он улыбнулся.
– Ну, хорошо, хорошо. Вы просили меня не говорить об этом, я и не буду. Но знайте: бордели и дансинги – единственные места здесь, где женщины носят все эти ленточки и оборочки.
Корри вспыхнула. Ей захотелось броситься на него с кулаками. Наглец! Но она не осмелилась снова дать ему пощечину, иначе Куайд, несомненно, выполнит свое обещание и бросит ее одну на произвол судьбы. Куайд не в первый раз на Юконе, и без его опыта и знания здешних порядков Корри не обойтись.
Он все еще копался в сундуке. Корри подошла и подняла с пола выпавшую книгу.
– А это что? Фланелевая пеленка?
Приданое новорожденного! Кровь бросилась Корри в лицо. Она выхватила пеленку из его рук и закричала:
– Как вы смеете рыться в моих вещах? Не ваше дело, что я везу с собой! Закройте сундук и не лезьте, куда вас не просят!
Куайд внимательно посмотрел на нее. Потом наклонился и вытащил из сундука кашемировую теплую распашонку, за которую Корри заплатила целых восемь долларов. Куайд держал ее двумя пальцами и удивленно осматривал со всех сторон, словно это была гадюка.
– Теперь понятно, почему вы не хотели дать мне ключ. И почему вы так неудержимо стремитесь найти своего Эвери и выйти за него замуж.
Краска стыда залила лицо Корри, слезы выступили на глазах. Но она прямо смотрела в лицо Куайду, изо всех сил стараясь не расплакаться.
– Хоть бы и так. Я наняла вас на работу. А моя личная жизнь вас не касается!
Глава 14
На улицах Дайи происходило настоящее смертоубийство.
У Корри не было в этом никаких сомнений. Никогда прежде не слышала она таких жутких ночных звуков. С улицы доносились проклятия, вопли, визги, гогот и улюлюканье. Дважды в течение пятнадцати минут раздавались хлопки пистолетных выстрелов. Какая-то собака сначала долго лаяла, потом громко заскулила, как будто кто-то кинул и нес камнем или ударил сапогом. Под самым окном по тротуару протопали какие-то люди, потом был слышен тяжелый грохот падения, чей-то смех. Из дансинга напротив доносились неистовые, фальшивые звуки пианино.
Корри не могла заснуть, она лежала на матрасе и смотрела прямо перед собой в темноту. Рядом с ней сладко посапывала Ли Хуа. С другого бока – Корри с трудом в это верила – лежал, завернувшись в шерстяной плед, Куайд Хилл. Он заворочался во сне, вытащил из-под одеяла руку, пробормотал что-то и снова задышал глубоко и ровно.
Она спит в одной комнате с мужчиной! Тетя Сьюзен пришла бы в ужас только от одной мысли об этом!
Корри никак не могла этому воспротивиться. Она думала, что в комнате будут жить только они с Ли Хуа, а Куайд найдет себе, если уже не нашел, какое-нибудь другое жилье.
Каково же было ее удивление, когда после двухчасового (кстати, ничем не объясненного) отсутствия Куайд вернулся со свернутым матрасом под мышкой и принялся деловито раскладывать его на полу.
– Что вы делаете?
– Собираюсь как следует выспаться. И вам рекомендую сделать то же самое. Завтра у нас много дел, и я хочу встать пораньше. Надо будет разузнать, где можно купить продукты, я пока еще понятия не имею, как это сделать.
– Надеюсь, вы не собираетесь спать здесь, в этой комнате?
– А где я, по-вашему, должен спать?
В свете керосиновой лампы лицо Куайда казалось злым.
– Послушайте, мисс. Вам до сих пор не ясно, что Дайя переполнена людьми? Отели трещат по швам. Я собирался снять палатку, но раз уж вы здесь, это меняет дело. Я заплатил хорошие деньги за эту комнату и не вижу оснований, чтобы не воспользоваться ею тоже. Нам еще предстоит много ночей провести в палатках, а сегодняшнюю, раз уж есть такая возможность, я лично предпочитаю провести под нормальной крышей.
– Но… вы мужчина.
– Безусловно. И с этим уже ничего не поделаешь. Послушайте, Корделия Стюарт, вы приехали сюда, не имея ни малейшего представления о здешних порядках, а собираетесь учить меня, как мне поступать. Запомните, женщин здесь меньшинство. И, как ни странно, к ним относятся уважительно, по крайней мере к порядочным. Это закон старателей, их кодекс, если вы понимаете, что это такое.
– Но я действительно не могу…
– Не только можете, но и должны.
Он стоял улыбающийся и огромный посреди комнаты и, казалось, занимал ее всю своими широкими плечами.