Было все так же тихо, когда он, лежа за кустом, рассматривал три пустых грузовика, неуклюже покосившихся набок на краю дороги, жандармов, редкой цепью, с интервалами в несколько метров, стоявших спиной к лесу. Тихо. Коралл понял, что произошло. От напряжения стучало в висках, из перелеска не доносилось ни звука. «Мацек, Мацек, Мацек! – билось в нем. – Я не хотел этого, боже, – повторял он, – Мацек…» Он уже знал, что все кончено. Эта тишина могла означать только одно – он опоздал. Конец, на этот раз все…

По-прежнему была тишина. Жандармы уже выглядели совсем обычно; тот, что стоял напротив Коралла, чуть расставив ноги, с винтовкой наперевес, державшейся на ремне, то и дело поднимал согнутые руки, разминаясь.

Коралл мог только смотреть и слушать… Он встал и под прикрытием кустарника дошел до того места, где кончался перелесок, заметил гранатомет во рву, нацеленный на лес, и вторую цепь жандармов. «А может, ему удалось проскользнуть?» – подумал он о Мацеке. Когда Коралл вернулся в ельник напротив грузовиков, из перелеска высыпали жандармы с автоматами и люди в черных мундирах с винтовками, над которыми поблескивали плоские лезвия штыков. До него доносились обрывки лающей речи. Зарычал включенный мотор. Они карабкались по колесам и спрыгивали в кузова грузовиков. Некоторые снимали каски, вытирали пот со лба. Они никого не несли – никого. Что это значит? Все вышли из леса, никого больше не было. Что это значит? Их нет в живых… А может, их вытащили с той стороны? Первый грузовик тихо пополз по песку.

Уже наступили сумерки, когда Коралл вошел в перелесок. Тишину нарушали только его шаги и громкое, прерывистое дыхание. Чем ближе Коралл подходил к месту, где лежали Ястреб и Венява, тем медленнее он шел; он раздвигал еловые ветви, оглядывался вокруг, ища каких-нибудь следов борьбы. Но ничто не изменилось, все было, как и раньше. А может, их не нашли, может, прошли стороной, может… Он побежал. Это здесь, он узнал ель, за которой лежал Ястреб. Коралл остановился, потом медленно приблизился, прислушиваясь.

– Ястреб… – повторял он. – Ястреб…

Молчание. Он только отодвинул ветви и сразу все понял, а сделав два шага, представил, как это произошло. Он прошел к Веняве. Та же неподвижность, молчание… Коралл остановился в нескольких метрах от тела. «Конец, конец». Только это слово стучало у него в голове. «Теперь я свободен», – сказал Коралл сам себе. Услышав шорох за спиной, он повернулся, рывком вытаскивая пистолет.

– Ты здесь, Коралл…

– Мацек!

Мацек стоял перед ним; в душном полумраке взгляды их встретились.

– Ты вернулся, Коралл…

– Как видишь…

– Он умер раньше… – быстро сказал Мацек, кивнув в сторону Венявы.

– Раньше?

– Прежде, чем все это началось. Ты был прав, Коралл, он все-таки пришел в сознание.

– А ты как отсюда выбрался?

– Она меня вывела.

Коралл увидел девушку в светлом платье и рядом с ней мальчугана с коротким кнутовищем в руке.

– Он уже был здесь, – сказал Коралл.

– Мы проскочили под самым носом у этих сукиных сынов, да, Эвка? Главное – знать местность…

– А Ястреб? – спросил Коралл.

– Ястреб?

– Ты видел, что они с ним сделали?

– Нет. – Мацек поморщился, его передернуло, он уставился на Коралла жестким, откровенным взглядом. – Они ничего не могли уже с ним сделать…

Коралл опустил глаза.

– Понимаю, – сказал он. «Насколько же легче, я не рассчитывал на это, не мог рассчитывать…»

– Хорошо, что ты вернулся, Коралл, – повторил Мацек.

– Теперь это ни к чему, – выкрикнул Коралл. – Мацек, я не убегал, ты мне веришь?

– Ну-у-у, – протянул Мацек, – раз ты здесь…

– Ты думаешь, я все это время прятался в кустах? Я возвращался, Мацек. Я слишком далеко забрался и не успел, просто не успел…

– А что бы ты тут делал? – буркнул Мацек. – Тут работы было немного.

– Но я хотел вернуться…

– Ты все равно не смог бы ничего сделать…

– Я хотел взять это на себя. Поверь мне.

– Ладно… А я разве что-нибудь говорю?

– Можешь.

– Нет, – оборвал его Мацек. – В лесу святым не станешь… – и добавил: – Почему бы мне не верить тебе?

Он сказал это так искренне, что Коралл сразу замолчал.

– Черт бы побрал эту войну, – заговорил снова Мацек, лицо его исказила гримаса, казалось, он вот-вот расплачется.

– Черт бы ее побрал, – повторил Коралл с сердцем, – ты прав.

К ним подошла девушка, мальчуган все время держался за ее платье.

– Пойдем, – сказала она, – ночью приведу своих товарищей, мы выроем могилу.

– Поставьте хоть какой-нибудь крест, – попросил Мацек. – Поручик Венява, кавалер ордена Виртути Милитари, и партизан Ястреб, семнадцати лет. Больше мы ничего не знаем, да?