— Уверена, — перебила она, чуть резче, чем хотелось. — Обычно я не страдаю галлюцинациями. — И подробно описала девочку, не упомянув о страдальческом взгляде.

— Малышка со светлыми волосами... — Чарли задумчиво почесал щеку. — Знаете, тут не так много белых...

— Может быть, стоит дверь запирать, когда вы наверху, — заметила Джиа.

Лайл уныло взглянул на нее:

— Хорошо бы.

— Жаль прерывать беседу, — вставил Джек, посмотрев на часы, — но мне еще надо собрать реквизит для свидания с мадам Помроль.

Прощание вышло натянутым, напряженным. Джиа казалось, что братья Кентон хотят от них отделаться, а с другой стороны, не хотят оставаться одни в своем доме.

— Что творится с этой парочкой? — гадал Джек по дороге к машине. — Дергаются, как мыши.

— Интересно бы знать почему, — согласилась она. — Я действительно видела девочку. Не знаю, как она туда попала и куда исчезла, но точно видела.

— Верю. И, как ни странно, по-моему, братья тебе тоже верят, хоть виду не подают.

Джиа огляделась в поисках индианки. Хотелось сказать: видите, мы вошли, вышли, все в полном порядке. Но женщины нигде не было.

Джек открыл перед ней дверцу, она уселась на переднем сиденье, он сел за руль, посмотрел на нее.

— Кстати, насчет веры: теперь веришь, что двое детей — это просто догадка?

— Верю, — кивнула она. Момент настал. — Сейчас поймешь, почему я так мучилась.

Он повернул ключ зажигания.

— Почему?

Джиа поколебалась и брякнула:

— Я беременна.

Джек рассмеялся — ему на секунду послышалось, будто Джиа беременна, — потом взглянул ей в глаза:

— Ты... беременна?

Она кивнула, в глазах блеснули слезы. От радости? От смятения? От того и другого?

Где-то в маленьком уголке подсознания жила мысль о важности этой минуты, о необходимости найти нужные слова, но в голове была полная каша, пока он старался осознать смысл и значение сказанного.

Я беременна.

— О-о-о... — Джек прикусил язык, чуть было не спросив по привычке: «От меня?» Разумеется, от него. — У нас будет ребенок?

Джиа снова кивнула, нижняя губа задрожала, по щекам потекли слезы.

Он развернулся, обнял ее, она к нему прижалась, всхлипывая, уткнулась лицом в шею.

— Джек, я даже не думала... Не сердись! Нечаянно вышло.

— Кто сердится? Господи боже, с чего мне сердиться? Я потрясен... пожалуй, растерян, а сердиться стал бы в последнюю очередь. Даже в голову не приходило.

— Слава богу!..

— Когда ты узнала?

— Сегодня утром.

— И за всю дорогу словом не обмолвилась? Почему?

— Собиралась сказать, только...

— Что?

— Не знала, как ты среагируешь.

С ума можно сойти!

— Неужели думала, будто я тебя брошу? Почему, черт возьми?

— Потому что, если не бросишь, тебе придется изменить образ жизни.

— Эй! — Он крепче ее обнял. — Я тебя не брошу. Сменю все, что угодно. А если бы — просто допустим — удрал, что в ты сделала? Прервала бы беременность?

Она резко выпрямилась, сверкнув на него покрасневшими глазами:

— Аборт? Никогда! Это же мой малыш!

— И мой тоже. — Невозможно представить, чтоб кто-то убил его собственного ребенка. Он еще сильней ее стиснул. — Я стану папочкой. Я! Не могу поверить... А ты точно уверена?

Джиа кивнула:

— Анализ подтвердил.

— Ух ты! — Джек расхохотался. — Слов даже не подберу. Ух ты — лучше не скажешь! Маленькая частичка меня будет ходить, болтать, расти...

Частичка останется после него, открыв путь в бесконечность. Изумление переполняло его, придав новые силы...

Автомобильный гудок вернул Джека на землю.

Здоровенный парень в маленькой «киа» ткнул пальцем в его машину и крикнул:

— Едешь или остаешься?

Он махнул рукой и выехал со стоянки.

— Каким будет маленький Джек, как по-твоему?

— Маленький Джек? Почему ты решил, что будет мальчик?

— Если будет девочка, станет ясно, что ты с кем-то еще забавлялась.

— Да ну? Объясни, пожалуйста, на чем основан вывод.

Джек выпятил грудь:

— Видишь ли, я такой мужественный, что вырабатываю только Y-сперму.

— Без шуток? — улыбнулась Джиа.

— Угу. Раньше не признавался, не думал, что это имеет значение. Теперь вижу — ты достойна знать правду.