Эти два представления о времени почти безраздельно царят в истории вплоть до нашего столетия, в котором видоизмененная модель линейного времени признана специалистами правильной.

Сколько существует письменность, столько и существуют оба эти представления. Хотя, пожалуй, теория линейного времени неотчетливо просматривается в глубине веков.

В глубине веков оказываются древние египтяне. Биль рассказывал об этой культуре на уроке всемирной истории, вскоре после того, как я появился в школе. Он рассказывал, что она была жестокой, но величественной и что она подобно Римской империи и городу-государству Афины развалилась, когда стала чрезмерно изнеженной.

Это относилось также и к культурам Месопотамии, о которых Биль рассказывал, что они сменили египетскую, но теперь уже на более высокой ступени,- культуры сменяли друг друга, словно дети, которые каждый год переходят в следующий класс.

Из рассказов Биля обо всех этих культурах, а также о буддизме и даосизме, становилось ясно, что они являются предшествующими нашему времени стадиями развития.

Ученые до сих пор так считают. От «Справочника по истории измерения времени», вышедшего на рубеже веков до книги Уитроу «Время в истории» 1988 года, четко проводится мысль, что современные представления о времени значительно превосходят представления древних. Что история представлений о времени похожа на растение, которое медленно подрастало и только в этом столетии зацвело. Или на прирастающую функцию, у которой только сейчас начинается экспоненциальный рост.

У специалистов есть много различных представлений о времени. Но в отношении состояния своей собственной дисциплины они едины. Оно представляет собой триумфальное линейное шествие к настоящему времени и созданию Международного общества изучения времени.

Мне кажется, что в основе почти всех написанных о времени книг лежит глубокое убеждение в том, что время – линейно. Что оно идет, а затем безвозвратно исчезает.

Это касается даже Бертрана Рассела и Бергсона, которые предложили множество других способов представить время; можно заметить, что они делали это исключительно чтобы поддразнить читателя, это было чем-то вроде шахматной партии. Они хотели заставить своих коллег играть как можно лучше. Но у них самих никогда не было сомнений. И у Эйнштейна: в его изогнутом пространстве-времени не существует одного времени, а лишь текучее разнообразие времени во вселенной, и все же он пишет, что время в одном отдельном месте линейно.

Может быть, они ошибаются. Не хочу сказать о них ничего плохого, но, может быть, они ошибаются.

Попробую объяснить, что я имею в виду. Но чтобы объяснить это, я должен сначала рассказать, что я вкладываю в понятия линейного и циклического времени.

В жизни каждого человека есть линейные черты. Все мы рождаемся, растем, живем и в конце концов уничтожаемся. Конечно, все это происходит по-разному: кто-то обитает в землянках, а кто-то в детских домах или в Академии наук в Нью-Йорке. Но для каждого из нас рождение, смерть и рост – исключительные события, они бывают только однажды и не могут повториться, во всяком случае, как правило, не повторяются – их время линейно. Как будто ты движешься по прямой линии: каждая точка на ней – это точка, в которой ты никогда ранее не бывал и которая никогда больше не встретится на твоем пути.

Одновременно с этим жизнь полна повторений. Каждый день я сажусь работать в лаборатории – это условие проведения эксперимента. Если я хочу когда-нибудь довести его до конца, необходимо повторить его множество раз. Можно сказать, что время вокруг лаборатории циклично.

Или возьмем, к примеру, человеческое тело: каждое мгновение какая-то его часть умирает, и одновременно оно поддерживает и воссоздает самое себя. Каждую секунду оно обеспечивает бесконечную регулярность дыхания и биения пульса, которая при этом тем не менее может меняться, расти и достигать кульминации в минуты страха, паники и экстаза, а потом опять приходить в равновесие. И которая иногда, поблизости от женщины и ребенка, или после работы в лаборатории, или по другим причинам, в какие-то короткие мгновения может превратиться в полностью гармоничные циклы – постоянное, математически точное колебание.

В жизни каждого человека, на всех возможных уровнях, непрерывно присутствуют как циклические, так и линейные черты, как неразличимые повторения, так и уникальные одиночные события.

Существует одна логическая несообразность.

Все книги об истории времени сходятся в том, что линейное время победило вместе с христианством. Во всяком случае, начиная с Августина существует уверенность, что Христос умер раз и навсегда, именно здесь и сейчас мы должны раскаяться, других возможностей не будет – время идет по прямой, и оно необратимо.

Однако только Кант впервые задает вопрос о том, как был создан Млечный Путь. Лишь в тысяча восемьсот двадцать третьем году статья, в которой высказывается мысль о том, что вселенная не статична, была воспринята всерьез. Хотя победило линейное время, но похоже, что главную роль играет именно циклическое.

Возможно, это противоречие объясняется тем, что специалисты по истории времени пишут о других специалистах по истории времени. В ученом мире европейского средневековья, где большинство теорий существуют бок о бок в неприкосновенности с семнадцатого по восемнадцатый век, время линейно.

Тогда как все остальные жили в мире, который по большому счету был неизменен.

После этого все произошло менее чем за двести лет. В тысяча восемьсот шестьдесят пятом году Рудольф Клаусиус предложил слово «энтропия» в качестве естественнонаучного определения того, что время линейно, невозвратимо, необратимо, что ничто не может стать таким, каким оно было.

В биологии до этого времени также было известно только то, что живые существа постоянно воспроизводят себя,- что природа циклична. Книга Дарвина о происхождении видов, о выживании наиболее приспособленных решительно порвала со старым представлением: после Дарвина биологическое время стало линейным.