Проводник бросил на нее косой взгляд.

— Никак не хотите расстаться с этой гипотезой, не так ли? Но что вы хотите доказать? Уж не то ли, что цивилизация Карикса застопорилась в своем развитии на подростковом, так сказать, уровне, так и не достигнув совершеннолетия, и все из-за того, что аборигены могут добиваться от духов исполнения почти любого желания?

— Я изначально не имею никаких предубеждений, — заявила Даная, — Хотя слышала и эту теорию.

— Это полнейшая бессмыслица, — сказал Раваджан. Они уже подошли к дороге, и Проводник приостановился и внимательно посмотрел в обе стороны, прежде чем двинуться в нужном направлении. — Желания гораздо легче исполняются на Шамшире — и даже на любом из Двадцати Миров, нежели здесь. Духи не любят нас, Даная, — об этом на Кариксе нужно помнить прежде всего. Они не любят нас, терпеть не могут выполнять наши поручения и ненавидят, когда какой-либо человек загоняет их в меч, мельничное колесо или что-то в этом роде. Вызов духа почти всегда чреват для заклинателя риском того, что его, к примеру, может швырнуть в стену комнаты. Или чего-нибудь похуже.

Некоторое время Даная шла молча, обдумывая услышанное.

— Вы считаете, что духи… способны выступить против людей?

— Если и способны, то проделать им это не так-то просто, — пожал Проводник плечами. — Заклинания, которыми мы управляем духами, используются на протяжении нескольких веков — не будь они достаточно действенными, духи уже давно предприняли бы попытку в открытую обрушиться на людей. Думаю, их ненависть к нам гораздо сильнее той неприязни, что зачастую испытывают друг к другу духи различных видов.

«А откуда ты знаешь, что они не предпринимали попыток?» — едва не спросила Даная, однако сумела себя обуздать. Ее неизменная тяга к спорам нередко портила ей отношения с окружающими, а теперь, находясь на Кариксе, вовсе не следовало без нужды настраивать людей против себя.

— Ну… а каким образом духи способны выступить против нас, возжелай они того? Могут ли они, например, воздействовать на материальный мир по своей собственной воле, без приказа человека?

Раваджан задумался.

— Не знаю, — признался он наконец. — Мне не доводилось сталкиваться с такими проявлениями, но это ни о чем не говорит. Думаю, если вы забудете отпустить духа после того, как он выполнит ваше поручение, он, вероятно, способен еще какое-то время находиться в материальном мире сам по себе. Однако наше пространство — непривычная среда обитания для духов, и считается, что они не очень-то уютно чувствуют себя здесь. Они не видят окружающую действительность так, как видим ее мы — скорее всего, они просто ощущают присутствие живых существ. Единственная причина, по которой они остаются ненадолго в нашем мире, — это, наверное, их желание удержать нас от новых приказов, а единственный способ добиться этого — сделать для нас невозможным подавать голосовые команды.

— Что проявляется в возникающих порой тяжелых нарушениях речи у того или иного человека, — подхватила Даная логическую нить.

Раваджан кивнул.

— Да, или в ничем не объяснимых смертях, также случающихся время от времени. В зависимости оттого, чего желают духи: чтобы мы заткнулись на некоторое время или навсегда.

Даная вздрогнула. Тот ларв минувшей ночью…

— А насколько эффективна та защита от духов, которой воспользовался вчерашний бандит?

— Достаточно эффективна, хотя существуют способы и получше. Я мог бы… — Он внезапно умолк и, нахмурившись, всмотрелся вперед.

Даная затаила дыхание, услыхав пока слабый, но явно приближающийся стук копыт.

— Там опасность? — прошептала она.

— Возможно, и нет, — пробормотал Проводник, положив, однако, руку на эфес меча. — Но если снова начнется какая-нибудь заваруха, отойдите на обочину и вызовите ларва, чтобы прикрыл вас. Заклинание помните?

Она кивнула. Уже стали видны приближающиеся к путникам лошади в клубах пыли, скрывавшей все подробности.

— Может, нам вызвать ларва прежде, чем они доберутся до нас, на всякий случай?

Раваджан натянуто улыбнулся.

— Не стоит. Согласно неписаному этикету Карикса, не следует преждевременно вызывать духа, особенно такого, как ларв. Это может быть воспринято как оскорбление — мол, мы им не доверяем — или, еще хуже, что у нас у самих нечистые помыслы. Просто будьте начеку.

Даная тяжело сглотнула. Теперь она различила, что приближаются три лошади, но всадник сидит лишь на средней — девушка заметила сквозь облако пыли черные развевающиеся волосы и голубую мантию…

Стоявший рядом Раваджан облегченно вздохнул.

— Ну, все в порядке. Карикс иногда преподносит и приятные сюрпризы.

— Что? — не поняла Даная.

Она взглянула на своего спутника, затем снова на всадника и только теперь увидела, что это… женщина?!

— Раваджан…

— Не беспокойтесь, — сказал тот. — Она — друг. Мелента, директриса Полустанка в Бесаке. Решила сама нас встретить.

— А-а-а… — Даная облизнула губы. Хорошо, конечно, что не придется идти пешком… Но по мере того как лошади приближались, Даная не могла не заметить нечто странное в поведении двух животных, скакавших по обеим сторонам всадницы, — какую-то напряженность, что ли, даже, как показалось девушке, некую неестественную разумность. «Мутанты с искусственно развитым интеллектом?» — мимолетно удивилась Даная, прежде чем вспомнила, где она, собственно, находится. Животные — как подвергшиеся искусственной мутации, так и обычные — не были способны пройти телепортационные складки Туннелей. Но тогда?..

— Привет, Раваджан! — крикнула Мелента, натягивая поводья и останавливая коня в нескольких метрах от путешественников. Две другие лошади тоже застыли на месте как по команде, хотя женщина даже не посмотрела на них. — Не думала, что мне придется столько проехать, прежде чем я встречу вас. Что-нибудь случилось?

— Да так… наткнулись на бандюгу, — проворчал Раваджан, подходя к всаднице поближе. — Познакомься, Мелента, это — Даная, она проведет здесь месяц-другой. Прибыла сюда с целью научных исследований.