Выйдя от Степана Ильича, я села в свою бессменную «девятку». Никак не решусь поменять ее — мы с ней сроднились, она своего рода талисман, столько удачи мне принесла, стольких успехов мы с ней добились, разве могу я променять на что-то мою славную старушку? Через двадцать минут я уже была дома и, несмотря на позднее время, позвонила Борису Дмитриевичу.

Я вновь взглянула на букет. Упражняться в расшифровке его значения было лень — я и так, пожалуй, догадываюсь. Вообще, красоту не надо расшифровывать. Ее надо воспринимать интуитивно, полностью, а не препарировать. Этому я научилась тоже за последние дни, но уже у Бориса Дмитриевича. Вернее, он утверждает, что это дано каждому человеку изначально. Но некоторые пытаются разложить все по полочкам, проанализировать и в результате за деревьями не видят леса. Еще он сказал по этому поводу замечательный афоризм: «Если проникнуть внутрь часового механизма и тщательно изучить все его детали, шестеренки, колесики, их сцепление и взаимодействие, то можно узнать массу интересных вещей, кроме одной — который час». Вообще Борис Дмитриевич интереснейший человек.

Наше с ним знакомство состоялось примерно неделю назад. Произошло это следующим образом. В прошлую пятницу около одиннадцати часов утра зазвонил мой телефон. Я взяла трубку. Приятный мужской голос спросил Татьяну Александровну Иванову.

— Я вас слушаю, — без особого энтузиазма ответила я. Настроение было по-весеннему расслабленным, даже слегка лиричным. Сказывалась послезимняя усталость. Дел за последнее время было много, и я, собственно, была бы не прочь и отдохнуть немного.

— Вас беспокоит Завадский, Дмитрий Борисович. Мы с вами незнакомы. Но мне порекомендовали вас как первоклассного частного детектива.

Он назвал имя своего знакомого, и я припомнила, что тот действительно пару лет назад воспользовался моими услугами и остался мною весьма доволен. Как, впрочем, и я им, то есть гонораром, разумеется.

— Только поймите меня правильно, Татьяна Александровна, — вещал доверительным шепотом мой потенциальный клиент, — наш общий знакомый, Иван Петрович, не в курсе, что я решил обратиться к вам за помощью. Я просто слышал, как вы здорово ему помогли в щекотливой ситуации, и на всякий случай записал ваш номер телефона. Но дело у меня к вам весьма щепетильное. Мне бы хотелось сохранять полную конфиденциальность.

— Если я буду работать с вами, то конфиденциальность гарантирую, можете не сомневаться. А какого характера ваше дело? Убийство, ограбление, шантаж? — все тем же ленивым тоном спросила я.

— Нет… не совсем так. Вы знаете, это сложно объяснить по телефону. Лучше было бы при личной встрече, если не возражаете.

— Ну что же, как скажете. Надеюсь, вам известен уровень моего гонорара?

— Не сочтите за пошлость, но финансовая сторона вопроса меня не волнует. Я уверен, что смогу достойно оплатить ваши услуги.

Такая постановка дела мне всегда нравилась, поэтому я стряхнула с себя остатки весенней расслабленности и решила без промедления договориться о встрече:

— Где и когда мы сможем увидеться?

— Вам удобно будет сегодня в половине седьмого вечера подойти ко входу Центрального выставочного зала? Я к этому времени закончу там свои дела, и мы поедем поговорить ко мне домой. Разговор должен состояться непременно у меня дома, это сразу поможет вам лучше понять ситуацию.

Вообще-то я не люблю, когда напускают туману, но слова о достойной оплате заставили меня смягчиться. Встретимся, от меня не убудет. Если и правда наконец выпадет что-то небанальное — развеюсь. Заказов-то у меня было немало, но это все какие-то рутинные дела. Как будто я не частный детектив, а простой майор милиции. По нынешним временам, если это не убийство, не ограбление и не шантаж — уже оригинально. Да и подзаработать перед летом не мешает, чтобы потом устроить себе шикарный отпуск.

Итак, ровно в половине седьмого я была на месте. Поскольку из телефонного разговора я не успела выяснить ни возраст, ни род занятий потенциального клиента, решила одеться в универсальный наряд, беспроигрышно срабатывающий во всех случаях. Для нынешней погоды это была, разумеется, мини-юбка, глубоко декольтированная блузка и такой же жакет. Костюм в целом как будто строгий, но в то же время безотказно действующий на мужчин всех возрастов и социальных прослоек, заставляя их делаться предельно щедрыми даже помимо собственной воли.

У входа в ЦВЗ стоял симпатичный мужчина солидного возраста, одетый в элегантный, весьма дорогой костюм. По тому, какие внимательные взгляды он бросал на проходящих женщин, я решила, что это и есть ожидающий меня клиент. Я эффектной, своей «фирменной» походкой направилась к нему.

— Извините, это вы Борис Дмитриевич Завадский? — поинтересовалась со сдержанной улыбкой.

Он, кажется, слегка опешил.

— Да, а вы… «Ужель та самая Татьяна?», Иванова Татьяна Александровна?

— Да, рада познакомиться.

— Признаться, не ожидал… То есть я представлял себе детектива несколько иначе.

— Надеюсь, вы не очень разочарованы? — позволила я себе капельку наглости в ответ на его растерянность.

Но он уже справился с замешательством и любезнейшим тоном произнес:

— Вы превзошли все мои ожидания, я еще раз убеждаюсь, что если человек талантлив, то он талантлив во всем. Даже, как бы это точнее выразиться… — Завадский замялся, подыскивая подходящие слова, — в умении себя подать. Вы простите мою реакцию, она вам, должно быть, показалась несколько странной…