– Валентина Михайловна, – тщательно подбирая слова, сказала я, – а как вы сами думаете, почему так получилось в вашей семье, что после стольких лет счастливого брака ваш муж завел любовницу? Причем связь между ними, как я поняла, длительная.

– Ох, да мужчин разве поймешь, – помрачнела Милентьева. – У них другая психология, сами понимаете. Хотя я думаю, что тут бизнес его виноват. Виталий уставать стал, нервничал много, настроение часто плохое... Вот, наверное, и захотелось развеяться. А потом, мужчинам вечно чего-то в жене не хватает...

– Вы знаете, как зовут ту женщину? – спросила я.

– Знаю, – неохотно ответила Валентина Михайловна. – Вероника.

– А фамилию не знаете?

– Балашова. А вам это зачем?

– Мне необходимо будет с ней встретиться. Кстати, вы в милиции сказали о ее существовании?

– Нет, что вы! Это же позор просто! Зачем такое выносить на свет божий? – всплеснула руками Валентина Михайловна.

– Ну, это вы напрасно, – нахмурив брови, заметила я. – Сообщить в подобной ситуации о существовании этой женщины просто необходимо. Хорошо, что вы рассказали об этом мне. И в дальнейшем я вас попрошу ничего от меня не скрывать, если вы хотите, чтобы я нашла убийцу вашего мужа. Эта Вероника Балашова по-прежнему живет в вашей квартире?

– Да, я не успела этим заняться, но собираюсь сегодня же! Теперь-то я сделаю все, чтобы она квартиру покинула. – Валентина Михайловна взволнованно сцепила руки.

– Сделать это вам, я думаю, будет несложно, если только с ней не составлен официальный договор на определенный срок на проживание в вашей квартире.

– После смерти Виталия он должен быть расторгнут, – возразила Милентьева. – Ведь теперь квартира принадлежит Наде. А она уж точно не захочет терпеть там эту Веронику.

– Вообще-то, как юрист, могу вам сказать, что, для того чтобы вступить в права наследования, нужно подождать полгода, – заметила я.

– Я знаю, но ведь это просто формальность! Что значит – вступить в права? Юридически! А фактически она и сейчас может там жить, кто ее выгонит?

– В общем, вы, наверное, правы, – согласилась я. – Но как бы там ни было, я попрошу вас не выгонять Балашову из квартиры до того момента, пока я с ней не встречусь. А сделать это я постараюсь прямо сегодня после нашего разговора. До вечера у меня будет время, – посмотрев на часы, сказала я.

– Значит, вы беретесь за это дело? – радостно воскликнула женщина.

– Берусь, – твердо ответила я и посмотрела на Светку. Та все поняла по моему взгляду и торопливо сказала:

– Я уже поставила Валентину в известность насчет твоих расценок.

– Да-да, – подхватила Милентьева, раскрывая сумочку. – Деньги у меня с собой, так что вот...

Она протянула мне аванс, я поблагодарила и сказала:

– А теперь мне нужны от вас еще кое-какие сведения. Во-первых, адрес квартиры, где живет пока Вероника Балашова. Во-вторых, фамилию-имя-отчество и адрес вашего первого мужа и, в-третьих, адреса и телефоны Константина Коршунова и фирмы «Дом для вас».

Пока Валентина Михайловна записывала мне адреса, я задала ей еще вопросы:

– А ваши дети знают про эту Веронику?

– Нет-нет, что вы! – удивленно подняла голову от листка Милентьева. – Откуда же?

– А насчет того, что квартира достается Наде и, следовательно, она может жить отдельно, они не высказывали недовольства? Все-таки они уже взрослые, молодежь любит отделяться от родителей.

– Ни Алеша, ни Марина никогда ни о чем подобном не говорили. К тому же они вполне могут снимать квартиру, средства это позволяют. А если возникнет необходимость, то и купить. Но мы всегда жили так дружно, что никто из них не заговаривал об этом. Кроме Нади. Но ее тоже можно понять – она самая старшая, ей и замуж нужно выходить, правильно?

– А что, есть кандидатура? – поинтересовалась я.

– Да... – замялась Валентина Михайловна. – Вроде есть. Правда, не очень он нам нравится, так, ни рыба ни мясо... Музейный работник полунищий. Виталий его альфонсом называл. Но... – Милентьева вздохнула, разведя руками. – Ничего не поделаешь, лишь бы ей нравился. Девочка же больная, ей и так трудно жениха найти. Вот вам адреса, тут и наш есть, и телефон тоже. Вы же позвоните мне, как только что-то узнаете?

– Непременно, – взяв протянутый Милентьевой листок с адресами, заверила ее я. – Я вас только попрошу еще об одном. Когда приедете домой, позвоните Константину Коршунову и предупредите о моем визите, а то вдруг он не захочет со мной говорить. Кстати, кто знает о том, что вы решили нанять меня для расследования?

– Пока никто. Я не успела ни с кем поговорить, как только Света сказала про вас, я сразу к ней помчалась, – ответила Милентьева.

– Понятно. Ну, у меня пока вопросов больше нет, – сказала я.

Валентина Михайловна снова вздохнула и поднялась. Она поблагодарила Светку и меня и пошла в прихожую. Светка с озабоченным видом пошла ее провожать. Когда она вернулась, я уже была готова к укладке волос. От предложенного Светкой пресловутого «кабаре» я отказалась сразу же, как только увидела изображение этого «нового слова в парикмахерском искусстве» на фотографии, и попросила просто оставить волосы распущенными, придав им нарочитую легкую небрежность. Пока шел процесс, Светка вовсю старалась словесно дополнить картину отношений в семье Милентьевых. Я же планировала предстоящий разговор с Вероникой Балашовой и попутно размышляла, исходя из предварительных сведений, над тем, кто мог убить Виталия Милентьева.