Осторожно коснувшись руки Одры, Гвен сказала непривычно тихим голосом:

– Я хочу тебе кое-что сообщить, прежде чем мы отправимся на автобусную станцию…

Моментально вернувшись к реальности, Одра взглянула на нее.

– Откуда такой серьезный тон, Гвенни? Что-нибудь случилось?

Гвен сглотнула слюну и откашлялась.

– Я весь день собиралась сказать тебе об этом, но не знала, как начать. Ну… видишь ли, дело вот в чем, Одра… Я не вернусь в больницу. Мне очень жаль.

Одра в изумлении смотрела на подругу. Известие было подобно взрыву бомбы – меньше всего она ожидала услышать от Гвен такое.

– О, Гвен, – пробормотала она тихо, почти шепотом.

Пристально глядя на Одру, ярко-синие глаза которой застилала пелена отчаяния, Гвен воскликнула:

– Пожалуйста, ну пожалуйста, не расстраивайся. Я же не уезжаю в Австралию. Я буду всего в двух часах езды от тебя: либо в Лидсе, либо в Хорсфорте. Мы сможем часто видеться, и, послушай, мама хочет, чтобы ты приехала к нам на Рождество, как в прошлом году. А в следующем месяце мы будем вместе справлять мой день рождения.

Потрясенная известием, Одра лишь кивнула в ответ.

– Дело в том, что папа хочет, чтобы я была поближе к дому из-за маминого слабого сердца, – продолжала Гвен. – Он говорит, что я должна устроиться на работу либо в лазарет, либо в больницу Святого Джеймса, а до тех пор должна побыть дома с мамой. Папа на этом настаивает, и я не могу противоречить ему.

Одра, всегда чуткая к чувствам других людей, услышала нотки отчаяния в голосе Гвен и, слабо улыбнувшись, снова кивнула.

– Я понимаю, Гвенни, – сказала она. Но при мысли о том, что она останется совсем одна в Рипоне, сердце ее упало. У нее появилось такое чувство, будто ее опять бросили.

Внезапно Гвен пришла в голову чудесная мысль.

– Послушай, Одра, – воскликнула она, – а почему бы тебе тоже не устроиться на новую работу? На должность больничной сестры в Лидсе, я имею в виду? – Она придвинулась ближе, взяла в свою руку маленькую ладонь Одры и поразилась тому, какой холодной она была в этот день. Крепко сжав пальцы подруги, она попросила:

– Скажи, что ты согласна. Ну пожалуйста, милочка.

– Я не уверена, должна ли я…

– Но почему же – нет? – повысив голос, требовательно сказала Гвен. – Тебе нет никакого резона оставаться в Рипоне.

Одра моргнула и в свою очередь пристально посмотрела на Гвен. Она вдруг поняла, что подруга абсолютно права, и решительно кивнула.

– Да, я сделаю это, Гвенни! – И улыбка, озарившая ее лицо, прогнала грусть из прекрасных синих глаз.

Гвен сжала Одру в объятиях, переполненная счастьем. На душе стало легко. Мысль о том, чтобы оставить свою любимую подругу одну в инфекционной больнице Рипона, была для нее невыносима.

– Старшая сестра хочет тебя видеть, Кентон, – сообщила сестра Роджерс, устремив строгий взгляд на Одру. – Она сказала «немедленно», так что лучше тебе поторопиться.

Одра, только что закончившая измерять температуру одному из детей, кивнула.

– Спасибо, я сейчас к ней поднимусь.

Отойдя от кровати, она внимательно оглядела своих маленьких пациентов. В небольшом изоляторе находились дети, болеющие коклюшем, и в это ледяное декабрьское утро беспокойство о них не оставляло ее.

Идя вместе с сестрой по проходу между кроватями к двери, Одра прошептала, понизив голос:

– Сегодня все они возбуждены, особенно тот малыш у окна. Его измучил кашель – он даже завтрак не смог в себе удержать. Доктор Паркинсон волнуется за него. Может быть, вы пришлете младшую сестру приглядеть за ним? И за другими, конечно?

– Будь спокойна. Я побуду здесь до твоего возвращения. Уверена, старшая сестра долго тебя не продержит. – Губы сестры Роджерс тронула легкая улыбка, и с неожиданной мягкостью она тихо заметила: – Твое усердие в самом деле похвально, Кентон. Из тебя получилась хорошая сестра.

Такую похвалу нечасто можно было услышать от самого старшего члена сестринского штата – сестра Роджерс начинала в больнице палатной санитаркой и была известна своей педантичностью. Удивленная Одра улыбнулась в ответ и, испытывая чувство гордости, выпрямилась во весь рост.

– Спасибо, сестра, – сказала она, – я стараюсь.

Сестра Роджерс слегка наклонила голову и отвернулась.

Это означало, что разговор окончен, и Одра, пройдя через передний холл, побежала вверх по широкой главной лестнице, надеясь, что у старшей сестры наконец-то появились для нее хорошие новости. Приняв решение уехать из Рипона, чтобы работать в Лидсе, Одра поделилась своими планами с Маргарет Леннокс и попросила у нее совета. Та, решив принять участие в судьбе девушки, великодушно согласилась сделать все от нее зависящее, чтобы ей помочь. К несчастью, до сих пор все попытки были безуспешными. Ни в Лидсе, ни в прилегающих районах вакансий в больницах не было.