– Полагаю, вы голодны, – недовольно сказала она.

– Нет, мэм, я вполне могу обходиться без пищи. – Джаред прохромал к постели. – Но я все же воспользуюсь вашим гостеприимством на сегодняшнюю ночь и покину этот дом завтра утром.

– Ну и хорошо, – отозвалась Иден, направляясь к двери.

Злясь на себя, Иден пошла в кухню, вынула суп из холодильника, разогрела и налила полную тарелку. Затем достала остатки салата, налила кружку сладкого чая, потом подумала и налила еще и бокал вина. Если Макбрайд принимает обезболивающие, то вино в сочетании с анальгетиками сыграет роль снотворного. По крайней мере она сможет спать, не прислушиваясь к его шагам.

Она несла поднос в гостевую спальню и всю дорогу ругала себя.

Макбрайд лежал, откинувшись на подушки, и изо всех сил изображал умирающего. Иден поставила поднос на край кровати и повернулась к выходу.

– Надеюсь, вы сегодня приятно провели вечер, – произнес Макбрайд.

– Нет, неприятно, и виноваты в этом только вы! Как могли вы так бессовестно шпионить за нами? И почему вы позволяете себе шарить по моему дому с фонарем, а потом рассказываете полицейским дурацкую сказочку, заставляя их верить каждому вашему слову? А меня они высмеяли! Знаете, что такое маленький город, где все друг друга знают и единственное развлечение – сплетни о соседях? Да они никогда мне этого не забудут. Вы хоть представляете, во что теперь превратится моя жизнь? Я просто понять не могу, почему они поверили вам, а не мне!

Джаред молчал, активно работая челюстями. Руки Иден непроизвольно сжались в кулаки, но она решила не испытывать больше судьбу и просто уйти. Слова Макбрайда застали Иден в дверях.

– ФБР, – сказал Макбрайд не слишком отчетливо, так как рот у него был занят.

– Что? – Иден медленно вернулась к кровати.

– Я из ФБР, и шериф это знает. Если бы они не выяснили, кто я такой, то бросили бы меня в тюрьму и оставили гнить там до скончания веков – за то, что я напугал леди. Здесь все очень трогательно к вам относятся. То ли вы им просто нравитесь, то ли они считают вас своей. Надеюсь, это не значит, что вы все тут члены какой-то страшный секты. Рано или поздно именно ФБР приходится разгребать все эти святилища и прочую отраву, а я очень не люблю подобные дела. В них гибнет слишком много агентов.

Иден замерла перед ним, вытаращив глаза и приоткрыв рот от изумления. Она даже не знала, что сказать.

– У меня все же состоялась не слишком приятная беседа с вашим шерифом, когда он объяснил, что думает обо мне, моей организации и о наших методах. Потом-то ему пришлось поддержать версию о том, что я герой, а вы – слегка сдвинувшаяся янки. Ему это далось непросто, потому что в этих краях лучше быть серийным убийцей, чем янки. По крайней мере у меня сложилось такое впечатление. Быть янки – это еще хуже, чем быть агентом ФБР при исполнении задания. Эй, сядьте-ка лучше сюда, а то у вас такой вид, словно вы собираетесь грохнуться в обморок. – С этими словами Макбрайд дернул Иден за рукав и заставил сесть на кровать. Потом протянул ей бокал вина и приказал: – Выпейте. Мне это все равно нельзя. Я пью таблетки, прописанные врачом, и в сочетании с вином они меня вырубят за пять минут. Или этого вы и добивались?

Иден, глядя на Макбрайда круглыми глазами, послушно взяла бокал и осушила его в два глотка.

– Кстати, как давно вы знаете Гренвилла?

– Не ваше дело, – решительно отозвалась Иден, которой шок и вино придали храбрости. – Я хочу знать, что вас интересует в моем доме. Почему вы здесь и что вам нужно?

– Вы знаете человека по имени Роджер Эпплгейт?

– Нет.

– Уверены?

– Абсолютно. Если вы не расскажете мне, что происходит, я немедленно позвоню шерифу. Что вам в конце концов нужно? И что именно вы ищете в моем доме?

– Да я и сам не знаю. – Макбрайд откусил от батона и аппетитно захрустел корочкой. Иден ждала, пока он прожует, и ей казалось, что она сейчас лопнет от злости. – Последние пару дней я имел возможность поразмышлять – поскольку проводил время в основном в кровати. Честно говоря, я на это задание не напрашивался, но мой босс сказал, что я единственный, кто подходит для этой работы.

– Для какой работы? Я никак не могу уяснить, в чем именно состоит ваше задание.

– Соблазнить вас, чтобы вы рассказали мне все, что знаете.

– Что? – Иден даже отшатнулась. – Что значит – соблазнить?

– Ну, не обязательно в том смысле, о котором вы подумали. Можно просто очаровать, вызвать доверие, позволить вам излить душу… ну что-нибудь в таком роде. И таким образом выяснить, что именно вам известно.

– Что именно мне известно, – медленно повторила Иден. – Известно о чем?

– Вот в этом-то все и дело – мы не знаем! И если хотите, я поделюсь с вами своим мнением: вы тоже этого не знаете. В последние часы у меня была возможность подумать, посмотреть и послушать. Да, я тайком спустился по лестнице и подслушивал ваш разговор. И между прочим, мне было больно это делать! Так вот, рискуя собственным здоровьем, я ловил каждое слово. Особенно речи нашего Ромео. Он, похоже, без ума от вас. Должен признаться, я его понимаю. При других обстоятельствах… – Не договорив, Макбрайд ухмыльнулся и опять принялся за суп. – Так вот. – Он положил ложку и с сожалением заглянул в пустую тарелку. – Я много размышлял и пришел к выводу, что, во-первых, вы ничего не знаете, а во-вторых, мне не удастся вас очаровать, как того хотел мой босс. Наша первая встреча не способствовала возникновению доверительных отношений, что и говорить… кроме того, у вас тут обнаружился готовый бойфренд, так что мне ничего не светит. К тому же, видимо, я не принадлежу к тому типу мужчин, который вам нравится. Конечно, когда мое лицо не украшают синяки и царапины, я имею некоторый успех у женщин, но, как мне кажется, вас привлекает другой тип мужчин. Этакий солидный, положительный, немного скучный господин. Ну как мистер Гренвилл.

– Если вы надеетесь, что я куплюсь на эту дешевую уловку и скажу, что мне не нравятся достойные господа – как Брэд Гренвилл – и что я обожаю лживых типов, которые тайком пробираются в чужие дома, то я этого не сделаю.

Макбрайд дружески хмыкнул и поставил пустой поднос на стул подле кровати.

– Я наблюдал за вами, мисс Палмер, – сказал он. – И решил, что вы слишком проницательны и умны, а потому мне не удастся разыграть свою роль, как того требовал первоначальный сценарий. Вы не доверитесь мне настолько, чтобы рассказать об Эпплгейте.