Потом она кротко взглянула на Росса, который стоял в дверях амбулатории, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди.

– Не могу представить, что это случилось со мной, – сказала Мора.

– Я могу, – возразил Росс. – Ваше счастье, что вы не пострадали от жары сильнее. Теперь вы скажете мне, зачем явились сюда?

Она спокойно поведала ему историю о своих платьях. Росс слушал молча, и но выражению его лица невозможно было догадаться, о чем он думает. Врач был возмущен и отправил дежурного за полковником Брэдли.

– Кажется, я перестаралась, – тихонько призналась Мора, когда они с Россом остались наедине.

– Нет, – ответил он вовсе не сердито, – это не так.

Росс сомневался, что в Индии нашлась бы еще хоть одна женщина, которая взяла бы дело в свои руки так решительно и безоглядно.

– Но все же я вела себя слишком импульсивно.

– Что верно, то верно.

Мора почувствовала, что ей неловко от взгляда его проницательных голубых глаз, и стала смотреть на застекленные шкафы с аккуратными рядами разнокалиберных бутылочек с лекарствами.

– Что вы делаете здесь? – спросила она.

– Я встречался со старым другом. Он сержант в этом гарнизоне.

– Я не знала о вашем приезде.

Росс покачал головой:

– Я тут по делам службы. Моего приятеля перевели сюда из Сундагунджа, и я о многом должен его расспросить.

Это была та же самая ложь, которую он сообщил Гходе Лалу.

Мора широко раскрыла глаза:

– Вот как? Это как-то связано с тем, что едва не случилось в овраге в прошлом месяце? Вам удалось выяснить...

– Нет, – перебил ее Росс. – Но я выясню.

– Тогда... тогда вы поверите мне.

Ей почудилось, будто что-то промелькнуло у него в глазах – отражение боли или душевного страдания, но оно исчезло так быстро, что Мора засомневалась, права ли она в своем предположении.

– Возможно. Ни один из тяжущихся талукдаров не хочет принимать мои предложения. Мне кажется, оба были бы рады убрать меня с дороги.

– Как вы можете говорить такое?

– Полно, мисс Адамс, незачем так волноваться! Вы прекрасно знаете, что именно так здесь ведут дела.

– А если они сделают с вами то же, что и с Гходой Лалом?

– А вас огорчило бы, если бы меня ранили? Или убили?

Она сделала отчаянную попытку ответить легким тоном, но слова застряли в горле, и она лишь с болью посмотрела на Росса.

Росс притих. Потом подошел к ней и произнес:

– Ну?

Мора помотала головой.

Росс взял ее за подбородок, назвал по имени – и она вздрогнула. Слезы выступили на глазах.

– О, Росс, я...

– А вот и мы!

Дверь распахнулась, и вошел врач в сопровождении взволнованного полковника Брэдли. Он принес глубочайшие извинения за неприятности, доставленные Море и ее кузине, и уже распорядился, чтобы платья были немедленно возвращены. Заверил Мору, что виновные будут наказаны. Не согласится ли мисс Адамс пообедать с ним и его женой, перед тем как вернуться в город?

– Я, разумеется, пошлю нарочного известить ваших родных, иначе они будут беспокоиться о вас, – добавил полковник.

Мора молча кивнула, несколько ошеломленная.

– Ну а вы, Гамильтон? – забасил полковник, обращаясь к Россу. – Пообедаете с нами?

Росс нахмурился:

– Боюсь, сэр...

– Да ладно вам, мальчик мой! Не отказывайтесь!

– Но у меня дела в...

– ...офицерских квартирах. Знаю. Но офицеры вернутся с линий после пяти часов, так что вы можете провести жаркое время дня с мисс Адамс и моей женой. Каро обидится, если вы откажетесь.

Улыбка Росса была не слишком веселой.

– В таком случае я, разумеется, не могу отказаться.

Кэролайн Брэдли, маленькая, седая, с лицом, покрытым множеством морщин после долгих лет, проведенных под беспощадным солнцем Индии, пришла в восторг оттого, что принимает у себя молодых людей.

– Ах, вы такая гармоничная пара, – добавила она, приглашая их пройти в гостиную и вся сияя от радости. – Я знакома с Изабеллой Каррингтон и, как мне известно, скоро будет свадьба?

Мора опустила глаза, а Росс объяснил:

– Боюсь, вы заблуждаетесь, мэм. Мисс Адамс не моя нареченная.

– Да? Но... – Миссис Брэдли густо покраснела.

Мора откашлялась и произнесла:

– Я обручена с мистером Чарльзом Бартоном-Паскалем.

– Простите. Джордж вечно бранит меня за то, что я слишком много болтаю, верно, Джордж?

– Чепуха, – отрезал полковник и сгладил неловкость, приказав кхидматгару подать напитки.

Они пообедали холодной птицей и овощным супом. Мора выпила бокал вина и немедленно пожалела об этом. Голова у нее затуманилась и закружилась, она сидела неподвижно, одурманенная близостью Росса: за маленьким столом было тесно, и ей легко было бы коснуться щеки Росса своей щекой, возникни у нее такое желание. Ей вовсе не по душе было возвращаться в Дели в самое жаркое время дня, к тому же она преисполнилась горячей симпатией к полковнику Брэдли, бывалому солдату, который напоминал ей отца.