В комнате мигнул свет, и Шиобэн услышала голос матери.

— И так далее, и тому подобное, — проворчала Мария. Динамик телефона немного усиливал ее легкий ирландский акцент. — Насколько я понимаю, наговорив еще уйму технической галиматьи насчет этой древней космической посудины, ты, в конце концов, доползешь до сути дела.

Шиобэн сдержала вздох.

— Мама, я — королевский астроном, а это — Королевское общество. Я делаю основной доклад! Так что от меня как раз ждут того самого, что ты назвала «технической галиматьей»!

— С аналогиями, детка, у тебя всегда было плоховато.

— А вот ты могла бы меня хоть капельку поддержать. — Шиобэн отпила немного кофе, стараясь не пролить ни капли на свой лучший костюм. — То есть ты представь себе, где сегодня находится твоя детка.

Она нажала на клавишу видеосвязи, чтобы мать увидела ее.

Это были апартаменты в офисе Королевского общества в лондонском Сити, на Карлтон-террас. Со всех сторон Шиобэн окружала дорогая антикварная мебель. Она сидела рядом с камином, над головой висела красивая хрустальная люстра.

— Какая милая комнатка, — мурлыкнула Мария. — Знаешь, все-таки за многое викторианцам стоит сказать спасибо.

— Королевское общество намного старее викторианцев…

— А вот здесь никаких люстр нет, ты уж мне поверь, — перебила ее Мария. — Ничего нет, кроме вонючих стариков и старух, включая меня.

— Иллюстрация к демографической статистике.

Мария находилась в больнице Гая, неподалеку от Лондонского моста, всего в ста метрах от Карлтон-террас. Она ожидала консультации по поводу рака кожи. Для людей, которым довелось состариться под «дырявым» небом, это было очень распространенное заболевание, и Мария сидела в очереди.

Шиобэн услышала раздраженные голоса рядом с матерью.

— Какая-то проблема?

— Перепалка возле автомата с напитками, — объяснила Мария. — У кого-то не сработал кредитный чип-имплантат. Тут вообще все на взводе. Странный какой-то день, правда? Может быть, это все из-за сегодняшнего странного неба?

Шиобэн огляделась по сторонам.

— Тут не спокойнее.

До начала конференции оставалось совсем немного времени, и она радовалась тому, что ее оставили одну с чашкой кофе и дали возможность просмотреть доклад. Правда, чувство долга заставило ее оторваться от подготовки к выступлению и позвонить матери в больницу. Но теперь, похоже, все сгрудились у окон и смотрели на небо. «Забавно это, должно быть, выглядит, — подумала Шиобэн. — Известные ученые толкаются у окна, будто ребятишки, пытающиеся хоть одним глазком увидеть эстрадную звезду». Но на что они смотрели?

— Мама, что ты имеешь в виду под «странным небом»?

Мария язвительно отозвалась:

— Может быть, тебе стоит самой взглянуть? Ты ведь королевский астроном, и…

В трубке зажужжало, связь прервалась. Шиобэн от изумления на миг замерла. Такого прежде никогда не случалось.

— Аристотель, пожалуйста, перезвони.

— Хорошо, Шиобэн.

Через пару секунд вернулся голос матери.

— Алло?

— Это я, — сказала Шиобэн. — Мама, профессиональные астрономы в наши дни не слишком часто смотрят на звезды.

Особенно это касалось космологов — коллег Шиобэн, чьи интересы касались Вселенной в громадных масштабах пространства и времени, а вовсе не горстки космических объектов, видимых невооруженным глазом.

— Но наверняка и ты видела сегодня утром полярное сияние.

Конечно видела. В середине лета Шиобэн всегда вставала около шести, чтобы успеть пробежаться трусцой по Гайд-парку до того, как жара станет невыносимой. Этим утром, несмотря на то, что солнце уже довольно высоко поднялось над горизонтом, Шиобэн разглядела на севере ало-зеленое сияние — явно трехмерное. Яркие занавесы и ленты — грандиозное магнитно-плазменное шоу над Землей.

Мария сказала:

— Полярные сияния — они же как-то связаны с солнцем, да?

— Да. Вспышки, солнечный ветер.

К стыду своему, Шиобэн обнаружила, что не уверена в том, что солнечный цикл в данный момент — в стадии максимума. Хороший же из нее получился королевский астроном!

Невзирая на то, что полярное сияние, несомненно, являло собой очень впечатляющее зрелище и таким ярким на широте Лондона бывало крайне редко, Шиобэн знала: оно представляет собой всего-навсего вторичный эффект взаимодействия солнечной плазмы с магнитным полем Земли и потому особого интереса не вызывает. Шиобэн продолжала свою утреннюю пробежку, не ощущая ни малейшего желания присоединиться к таращащимся на небо с раскрытыми ртами горожанам, выгуливавшим в парке собак. И уж конечно, она совсем не переживала из-за того, что пропустила те мгновения, когда некоторые не на шутку струхнули и принялись названивать в городские службы чрезвычайных ситуаций, решив, что где-то в Лондоне полыхает пожар.

Все собравшиеся у окна молчали.

«А вот это довольно странно», — решила Шиобэн.

Она поставила чашку на стол и с телефоном в руке пошла к окну. Не так-то много она смогла увидеть из-за спин столпившихся космологов: клочок зелени в парке, чистое голубое небо. Окно было закрыто наглухо, чтобы могли работать кондиционеры, но Шиобэн показалось, что она слышит уличный шум — гудки машин, вой сирен.

Ее, стоящую позади всех, заметил Тоби Питт. Симпатяга с габаритами медведя, Тоби работал в Королевском обществе. Он был организатором и куратором сегодняшней конференции.