— Для чего ему это понадобилось? — нахмурившись, спросил Майлз.

— Заманить тебя в капкан. Он надеялся, что ты вернешься в Кингстон, поверив, будто ее собираются повесить. Должен сказать, что он был весьма жесток с бедной девочкой.

— Так ее должны арестовать? — ледяным голосом спросил Майлз.

Не надо было вглядываться в его лицо, чтобы понять, насколько он зол.

— Нет, Майлз, — успокоила его Мэдди. — Алекс дала прекрасный спектакль и убедила адмирала в том, что ты безжалостно бросил ее.

— Господи, бедная Алекс… через что ей пришлось пройти из-за меня, — прошептал Майлз.

— Все позади, Майлз. Ты здесь, а остальное для нее не важно.

— Вы думаете, она простит меня? — с надеждой в голосе спросил Кросс.

— Уверена. Александра любит тебя больше жизни. Береги ее как сокровище.

— Буду беречь. Мне пора, — сказал Майлз, поворачиваясь к Льюису. «Неистовый» ждет в бухте Смертников. Если мы пропустим прилив, окажемся запертыми там до завтра.

— Тогда торопись. Адмирал приказал патрулировать остров. Корабль могут заметить при свете дня.

— Спасибо вам обоим за все, — сказал Майлз, целуя Мэдди в лоб, а затем пожав руку Льюису.

— Попрощайся за нас с Алекс, — с улыбкой сказала Мэдди. — Нам надо возвращаться к гостям, чтобы не вызывать ненужных подозрений. Всем скажем, что у Алекс заболела голова и она пошла к себе.

— И сделаем вид, что удивлены безмерно, когда утром слуги скажут нам, что она сбежала, — добавил Льюис.

— Чудесно. Пусть адмирал гадает, куда она подевалась, — со смешком сказал Майлз. — Кстати, мне пришлось одолжить у вас несколько лошадей. Когда мы доберемся до бухты, я отпущу их, и они сами найдут дорогу домой. Ваши кони оказались очень умными.

— Все, что тебе потребуется, сынок… только будь осторожен.

Мэдди и Льюис проводили Майлза по темному коридору к веранде. Там, у двери, Мэдди крепко обняла его, улыбаясь сквозь слезы.

— Будете в Англии, передайте привет маме и папе, — попросил Майлз.

— Конечно. Майлз, мне говорить о письме? — тревожно спросила Мэдди.

Майлз, немного подумав, ответил:

— Не стоит. Я не хочу никого из них расстраивать, ведь они не знают, что я думаю. Вот когда я смогу обнять маму и сказать ей, как сильно я ее люблю, тогда расскажу о письме сам. Что вам действительно стоит сделать, Мэдди, — с хитрой улыбкой посоветовал Майлз, — так это подготовить маму к тому, что у нее появилась замечательная невестка.

— С огромным удовольствием, — ответил за Мэдди Льюис и, пожав еще раз Майлзу руку, сказал на прощание: — Береги себя.

Мэдди и Льюис смотрели, как Майлз исчез в темном саду, затем, закрыв за ним дверь, направились в восточное крыло дома.

— Я знала, что он придет, Льюис.

— Конечно, дорогая.

Льюис погладил жену по руке, не понимая, почему чувство опасности не покидало его.

Майлз старался держаться в тени, избегая освещенных мест. Справа послышались шаги.

— Оги?

— Да, капитан. Вы нашли девушку?

Макарди выступил из тьмы, выразительно глядя на саквояж в руке капитана.

— Пока нет. Она где-то в саду. Ты ее видел?

— Нет, но я здесь недавно. Только сейчас закончил помогать Депу с лошадьми, а это, как вы знаете, на другом конце. Деп ждет возле конюшни.

— Хорошо. Давай рассредоточимся. Она где-то здесь поблизости. Понять не могу, почему ее не видно.

Со своего места Майлз и Оги могли прекрасно видеть сад. Все мраморные скамейки были залиты светом, но ни на одной из них не было Алекс.

— Иди обыщи все вокруг каждой скамейки, Оги, — тревожно приказал Майлз. — Может быть, она упала в обморок.

К счастью для Майлза и Оги, все гости собрались в столовой, и им ничто не мешало тщательно исследовать каждый уголок.

— Капитан, сюда! — тихо позвал Оги, поднимая с земли черный кружевной веер.

— Это ее! — помертвев, произнес Майлз. — Я видел, она обмахивалась им на балу.

Оги внимательно осмотрел клумбу возле скамейки.

— Все цветы затоптаны. Тут происходила борьба.

— Господи, что с ней стряслось?

Майлз тревожно огляделся, К горлу подступал страх. Ему приходилось прилагать немалые усилия к тому, чтобы не поддаться панике.

Женский крик и возбужденный иужской голос справа от скамейки привлекли внимание Майлза и Оги, но и женщина, и мужчина оказались совершенно незнакомыми, и Майлз толкнул Оги в тень.

Между тем парочка, очевидно, искавшая уединения, во весь дух неслась к веранде.

— Что за чертовщина! — шепотом выругался Майлз, и в это время мужчина, захлебываясь, стал кричать о том, что там, возле ограды, лежит мертвец.