— Понимаю, — медленно проговорила Алекс.

— Но может быть, ты немного развеселишься, — как ни в чем не бывало продолжал Оги, — если я скажу, что капитан собирается тебе кое-что купить в городе. Платье и все такое…

— Очень благородно с его стороны, — с иронией произнесла Алекс. Теперь-то она знала, о чем хотел поговорить с капитаном шотландец. — И чья это была идея?

— Конечно, его, — убежденно ответил Оги. — Он не такой уж злопамятный, как ты думаешь. Скоро сама увидишь, он может быть добрым.

— С кем угодно, но только не со мной, — вздохнув, заметила Алекс. — Он ненавидит меня, Оги. Я представляю угрозу для… — Алекс запнулась, поймав себя на том, что едва не проговорилась. Как бы хорошо ни относился к ней шотландец, она должна была понимать, что, встань он перед выбором: она или Кросс, — победит верность капитану. Рассказать Макарди о том, что она видела ночью, значило подписать себе приговор. — Для его жизни, — быстро закончила Алекс.

Однако Оги, казалось, не заметил ее запинки.

— Так, значит, ты все же не считаешь его таким уж плохим? — с улыбкой спросил он.

— Я стараюсь всего лишь быть к нему справедливой, — осторожно ответила Александра.

В голосе ее чувствовалась усталость, и Макарди решил уйти.

— Советую тебе отдохнуть пока, — наставительно заметил он, выходя из каюты.

— Ну что же, по крайней мере у меня появился друг, — пробормотала Алекс, когда за шотландцем закрылась дверь.

Алекс не воспользовалась советом Макарди и принялась за работу почти тотчас после его ухода. Лоб у Джудсона был еще холодным, но Алекс, не теряя времени, начала готовить новую порцию лекарства. Услышав, как за ее спиной тихо открылась и закрылась дверь, она, не поворачивая головы, сказала:

— Вы быстро. Капитан не нашел… — Что-то заставило Алекс быстро обернуться. — Простите, капитан, я думала, это Макарди.

— Оги сказал, что вам удалось справиться с жаром.

Алекс кивнула, осторожно согласившись:

— Да, ему немного лучше.

— Он будет жить?

Кросс впился в нее взглядом. В нем было столько ожидания и пробудившейся надежды, что Алекс, не выдержав, опустила глаза. С каким бы счастьем она ответила «да»! Но она не имела права…

— Честно говоря, я не знаю. Скажу одно: мы лишь можем надеяться на лучшее.

— Но ведь у него нет больше жара.

— Да, капитан, пока нет. И не будет еще в лучшем случае несколько часов. Вечером все начнется сначала.

— Откуда вы знаете? — с нажимом в голосе спросил Майлз.

— Из опыта. Так обычно бывает: днем наступает улучшение, а к вечеру опять становится хуже. Скорее всего часам к пяти у него начнется озноб, а потом возобновится жар.

— Тогда на самом деле ему ничуть не лучше, и вы ничего для него не сделали, — раздраженно сказал Майлз, вымещая на Александре свое разочарование.

— Я подарила ему шанс пережить этот день, — тихо ответила Алекс, — а это уже кое-что. Если бы мы не сбили жар, к полудню он бы скончался. Он слишком слаб для того, чтобы выдержать такую встряску. Таким образом мы сберегли для него время.

— Время для чего? Для продления страданий и агонии?

Майлз очень старался скрыть свои чувства, но в глазах его читалась мука, и у Алекс защемило сердце.

— Время для того, чтобы справиться с ядом, — терпеливо пояснила она, не обращая внимания на незаслуженный упрек. — В этом его единственный шанс.

— Доктор сказал, что у него нет шансов.

— Может быть, Копели прав, — твердо глядя в глаза Майлзу, сказала Алекс. — Но я очень хочу помочь Джудсону. Возможно, я делаю это не столько для него, сколько для себя: чтобы потом я могла спать спокойно, зная, что сделала все для его спасения. Хотела бы я, чтобы доктор Копели мог то же сказать о себе.

Придраться было не к чему. Алекс говорила понятно и просто, и не согласиться с ней значило идти против здравого смысла. И все же Майлзу трудно было поверить женщине, а если быть до конца откровенным, именно этой женщине. Не раз ему приходило в голову, что она в отместку за то, что он сделал с ней, убьет Джудсона. Но сейчас, глядя ей в глаза, Майлз находил подобные мысли абсурдными. Он видел, как она устала. Никем не замеченный, несколько раз за утро он наведывался к себе в каюту. Алекс работала не покладая рук. Если это была месть, то весьма странная. Майлз не сомневался в том, что усилия Алекс могли привести к положительному результату. Джудсон мог поправиться… Возможно, Копели действительно меньше понимает в медицине, чем эта женщина, и оговорил ее просто из зависти… Алекс, какими бы пессимистичными ни были ее прогнозы, подарила Майлзу надежду на выздоровление друга.

— Позвать к вам Макарди? — неожиданно спросил он.

— Пока не надо. Я справлюсь сама. Если только вечером, когда начнется жар…

— Тогда я велю ему навещать вас регулярно.

Майлз бросил быстрый взгляд на Джудсона, и на лице его отразилось страдание. Алекс отошла от постели больного: она понимала, что Майлзу хочется побыть с другом наедине.

— Капитан, можно один вопрос? — тихо спросила она, когда он собрался уходить.

— Слушаю, — словно издалека откликнулся Майлз, — Помните, той первой ночью, когда вы взяли меня на борт… Это вы ухаживали за Джудсоном? Я знаю, это вы перебинтовали ему рану и пытались сбить жар.