Но окончательно прийти в себя ему не дали. Дверца в потолке, закрывающая выход из подвала, распахнулась, на ступеньках крутой лестницы показались «адидасовские» кроссовки, а потом и спортивная фигура обритого наголо «бойца». Спрыгнув на пол и не увидев Павла, он нервно опустил руку на торчащую из кобуры рукоятку пистолета.

– Макс! – позвал растерянно и окинул подвал напряженным взглядом. Обнаружив наконец пленника в темном углу, расслабленно усмехнулся и, оглянувшись, небрежно бросил куда-то вверх: – Все в порядке, Макс. Отбой, – затем вразвалочку подошел к Павлу и, нагнувшись, окинул его изучающим взглядом.

Павел тоже присмотрелся, пытаясь зафиксировать в памяти черты незнакомца, но, кроме огромного силуэта, поблескивающего черепа и мясистого носа, ничего толком не увидел: мешал слепящий свет из окна, приходящегося как раз за спиной у верзилы.

– Смотри-ка, ожил, – удивленно протянул тот. – А мы-то думали, дня через два оклемаешься. Ну ничего, живчик. Сейчас мы это исправим.

Павел хотел было достойно ответить, но в следующую секунду почувствовал, как в живот ему с силой ткнулся тупой носок кроссовки. Затем последовал удар в пах, по почкам, еще один под дых, вновь по почкам… Верзила делал свою работу с каким-то садистским упоением, молча, время от времени посапывая и причмокивая языком.

Павлу же оставалось одно – сжать зубы, терпеть и думать, с каким удовольствием он вскочил бы на ноги и раздробил бы своему палачу челюсть. Но сейчас, когда руки и ноги были связаны, ни о каком сопротивлении не могло быть и речи. Слава богу, экзекуция закончилась прежде, чем он потерял сознание. Видимо, решив, что клиент вырубился, верзила разочарованно сплюнул и, поскрипывая деревянными ступеньками, удалился восвояси. Но звука захлопнувшейся дверцы Павел не услышал. Наверху прозвучало несколько коротких фраз, и что-то увесистое, прогрохотав по ступенькам, рухнуло на пол. Похоже, сбросили мешок с картошкой. Лишь после этого дверца закрылась. В подвале вновь стало темно.

Подумав о том, что теперь его потревожат не скоро, Павел вздохнул с облегчением. Наконец-то у него появилось время все спокойно осмыслить и попытаться найти выход из непростого положения. Пребывать и дальше в роли боксерской груши ему совсем не улыбалось. Еще пару минут назад он надеялся, что получит хоть какие-то объяснения, но теперь понял – цацкаться с ним не будут. Следовательно, и он должен действовать соответствующим образом. Действовать при первом благоприятном случае. Вот только выпал бы этот случай…

Предаваясь невеселым размышлениями о своей участи, Павел даже не подозревал, что в подвале он уже не один. Не подозревал до тех пор, пока не услышал протяжный стон.

«Неужели по лестнице прокатили человека?!» – превозмогая боль, он слегка повернул голову и увидел метрах в пяти от себя скорчившуюся фигуру.

Это был средних габаритов и лет мужчина. Как и у Павла, у него были связаны руки и ноги, рот заклеен широкой полосой скотча. Первое, что пришло в голову – подкинули «шестерку». Но у незнакомца был настолько жалкий вид, что Павел не стал развивать эту мысль.

«Подвальчик все больше и больше начинает смахивать на камеру сизо, – не без сарказма подумал он. – Становится тесно, душно, а через час-другой, глядишь, еще и мочой запахнет…»

– Эй! – попытался Павел привлечь к себе внимание.

Но в ответ незнакомец лишь вздрогнул всем телом, а потом застыл. Павлу даже показалось, что бедолага перестал дышать.

«Или избили до полусмерти, или здорово напугали, – заключил он и решил оставить незнакомца в покое. – Если парень считает, что может справиться со своими проблемами без меня, то черт с ним! Как-нибудь обойдусь…»

Не прошло и получаса, как дверца в подвал вновь открылась. Павел приготовился было к очередной экзекуции, но верзила, спустившийся на этот раз не один, а с напарником, лишь по-хозяйски осмотрел кладовую. Потом они подняли лежащего у лестницы мужчину и потащили его наверх. Минут через пять вернулись. Подойдя к Павлу, верзила пару раз пнул его ногой в живот, затем завязал глаза и подхватил под мышки. Напарник поднял за ноги. Так же, как и другого пленника, его выволокли из подвала.

Несли небрежно, а когда швырнули на что-то жесткое, в нос ударил запах бензина.

«Судя по всему, бандиты решили сменить место дислокации, – предположил Павел. – Наверное, наши ребята сели им на „хвост“… Марго – девочка не глупая, небось давно обо всем догадалась. Доложила Саранскому, а он и подсуетился».

Заработал двигатель, и машина рывком взяла с места. Ехали минут двадцать – вроде бы по разбитой проселочной дороге. За это время никто из бандитов не проронил ни слова.

– Кажется, то, что надо, – наконец проговорил верзила. – Тормози.

Автомобиль остановился. Павла вытащили из машины и, бросив на землю, сняли с глаз повязку. Увиденное шокировало. Вокруг был лес. Неподалеку за деревьями маячил джип. А рядом, метрах в двух, лежал его товарищ по несчастью. На вид – интеллигент, одет по моде. Впрочем, это разве что угадывалось: брюки были в грязи, рукав пиджака оторван, а галстук небрежно засунут в нагрудный карман. Интеллигент как затравленный зверь смотрел то на верзилу, то на его напарника Макса. Казалось, он вот-вот заплачет.